Его упрямая студентка (СИ)

— Кстати, сегодня нам с Ваней не пришлось сбивать людей в коридоре, чтобы успеть на вашу пару, — с иронией произнесла я и вышла из-за стола. — Хотела ещё раз сказать спасибо.

Я умилённо хмыкнула и шагнула к нему, чтобы пройти к выходу. Но Рахманов не отодвинулся.

— Откуда вы узнали, что я играл в футбол?

— Ноги у вас крепкие, вот и решила…

— Спрашиваю серьёзно.

— А, ну раз так! — посмеялась я, расслабившись за полтора часа нашей лекции. — Досье на вас собирала! Вы же помните, я желала отомстить!

Мужчина зло прищурился, а затем взял меня за локоть и рывком прижал к столу. Я не успела возмутиться — его лицо приказывало остановить любые попытки к сопротивлению.

— Я защищаю свою частную жизнь от посягательств со стороны и не приемлю, если кто-то будет выискивать истории обо мне, особенно незаконным путём.

— Что? — непонимающе выдохнула я.

— Ещё раз, Лилия Николаевна, кто вам рассказал о моей жизни?

Сердце заколотилось в районе горла из-за страха, который я не заслужила.

— Вы лжете, — он наклонился ко мне.

Я подняла голову, чтобы встретить его безжалостный взгляд. Неужели он так легко перечеркнул наш только что созданный приветливый мир?

— Но я говорю правду. Это было на сайте вашего университета!

— Да сколько лет прошло!

— Вопросы не ко мне!

Исполнительный нахмурился, а я продолжила говорить, не останавливаясь, лишь бы он перестал думать обо мне плохо:

— Там была статья с фотографиями! Вроде интервью или что-то типа того. Ваш капитан, кажется, Никита? Говорил о подготовке к матчу и упомянул о каждом игроке. Вы получили травму колена и вышли на поле через две недели! А в галерее есть общий снимок команды и несколько с тренировок. Вы тогда худее были, но, честно говоря, не очень это вам шло. Как будто мало ели. Сейчас у вас такие плечи широкие и торс. Выглядите потрясающе, любая девушка это скажет. Занимаетесь спортом или ходите в тренажёрный? Когда на лестнице вы поймали меня, я почувствовала ваши крепкие мышцы. Не думайте, что я специально…

Я шумно и глубоко вдохнула, переводя дыхание. Мои щёки вспыхнули неизмеримым по температуре жаром. Кожа пылала, захватывая новые участки. Всё лицо стало красным. Лучшим исходом было бы провалиться в беспамятство, однако я понимала, что мозг запишет эту сцену во всех подробностях и будет подсовывать её всякий раз, когда жизнь покажется медом.

— Вы пришлёте статью? — его голос звучал спокойно, и могло показаться, что он не удивлен моей речью.

— Если надо. А вы не верите моим словам?

Но в его глазах я увидела неприкрытую, дикую страсть.

— Каким мне поверить вашим словам? Тем, что я вам нравлюсь?

— Этого я не сказала!

Протиснув руки между нами, я хотела оттолкнуть его, однако Рахманов сгрёб их и накрыл своей ладонью.

— А я тоже оберегаю свою частую жизнь! — заявила с укором.