Его упрямая студентка (СИ)

Все мысли были только о моём проекте. Что пошло не так? Расчеты должны быть верными! Хотелось уйти и расплакаться. Я многое отдавала учёбе и желала других результатов.

Он поставил лишь две пятёрки, четверку, а остальным тройки. Но парню с длинными волосами повезло меньше. Он подготовился хуже всех. Рахманов устроил суровый разнос и отчислил его с курса.

Вот так просто. С легкой руки. И плевать ему было на мечты студента. Разве одна ошибка стоила жестокости?

Мы начали собираться. Исполнительный спустился вниз и перехватил мой взгляд.

— Лилия Николаевна, задержитесь.

Я боялась его. Всё тело напряглось. Не хотела разговаривать, у меня не было душевных сил.

— Отправьте письмо, Марат Ильясович. Я спешу, — пробормотала и, закинув на плечо рюкзак, направилась к выходу.

Мужчина подлетел ко мне и, грубо взяв за локоть, развернул к себе.

— Вы останетесь. Или желаете передать обязанности старосты другому?

Подруга косо глянула в нашу сторону. Видимо, мне снова придётся искать оправдания. Другие ребята поспешили удалиться, чтобы не испытывать его гнев.

— Лиль… — позвала Аня, топтавшись в паре метров от нас.

Я постаралась натянуть улыбку, мол, всё супер. И ответила ей:

— Иди без меня. Потом созвонимся.

Она была в замешательстве. Недоверчиво смотрела на его руку, державшую меня. Я почувствовала, как стыдливый жар подкатывал к шее. Казалось, его не беспокоит чужой взгляд. А упрекнуть при Ане я не осмелилась.

Сдавшись, девушка кивнула и вышла из аудитории.

— Может отпустите меня? — выдала сдавленным голосом.

Вместо этого он потащил меня к преподавательскому столу. Там лежали наши доклады. Марат схватил стопку и злыми движениями откидывал каждый, пока не нашёл мой.

Пролистав до нужной страницы, он окинул её надменным взором и швырнул в меня.

— Расскажешь, как появились твои расчеты? — он произнес тоном, от которого похолодело на затылке.

— Что значит как? — нервничая, вымолвила я. — Путем вычислений.

— Решила поиграть со мной? Ничего не выйдет.

Его темно-карие глаза не обжигали, они жестоко пытали и разрывали на мелкие кусочки.

— Что вы имеете в виду? — прошептала я, выдыхая.

— Ты выбрала неверную стратегию, моя девочка, — преподаватель сделал шаг навстречу. — Лучше признайся сразу, что расчеты делала не ты.

Я открыла рот от потрясения. Как он узнал? Вика что ли сказала? Но когда успела? Если и так… то зачем? Вряд ли Рахманов погладит по головке. Ей же тоже влетит!

— Извините, я не понимаю…

— Хватит сотрясать воздух! Кто тебе помог, Лиля?

Получается, Вика молчала… Ладно, уже хорошо. Сдавать её я не собиралась. Значит, она неверно посчитала?

Набрав побольше воздуха в легкие, уверенно произнесла:

— Я сделала всё сама, Марат Ильясович.