Трофей Его Высочества

Её тонкий, нежный язычок ласкал мой, касался губ, и у меня срывало все ограничители от накрывающего желания. Мы снова долго целовались, и с каждым мгновением эти поцелуи заводили всё сильнее. Не прерываясь, я избавился от остатков одежды, устроился между её разведённых ног. А стоило провести головкой по нежным влажным лепесткам, как Рена застонала мне в губы. О да, она хотела меня, едва ли не сильнее, чем я её.

Но вдруг встрепенулась, напряглась и попыталась отползти.

– Мар, – тяжело дыша, проговорила она, выбираясь из-под меня. – Подожди…

Отпустил, не стал удерживать. Снова откажет? Но ведь сама желает этого не меньше! Почему опять?!

– Я… – смущённо начала Рена.

Встала в постели. Словно сомневаясь, сделала несколько шагов и повернулась ко мне.

– Сядь, пожалуйста, на край. Хочу… кое-что попробовать. Если… можно?

Я исполнил её пожелание, пока не понимая, что она задумала. Хочет быть сверху? Да пожалуйста!

Но когда Рена вдруг опустилась на колени между моих ног, обхватила рукой твёрдый ствол, у меня дыхание застыло от шока.

Да не может такого быть!

Я хотел остановить её. Честно хотел. Но не успел. А когда её губы коснулись головки – уже просто не смог. Остатки мыслей выбило из сознания, а вид Рены у моих ног не позволял думать ни о чём, кроме этой поразительной картины.

Опыта у неё не было совсем. Но она старалась. Неумело, но нежно проводила языком снизу до самого верха, ласкала губами, помогала себе рукой. И всё это возымело безумный эффект. В какой-то момент она всё-таки обхватила ствол губами, и он довольно глубоко вошёл в её рот, почти достал до горла. А я едва не ослеп от пронзившего тело напряжения.

Чтобы не кончить прямо сейчас, заставил себя думать о жутких вещах, о войне, о нападениях повстанцев. Даже серых вспомнил. Но губы на члене и подключившийся к ним язычок отметали любые мысли.

Великие Стихии и Богиня Герда! Как же хорошо…

В пиковый момент мне едва удалось отстранить от себя Рену. Она не протестовала, явно же плохо понимала, что сейчас будет. Я пытался удержать выстрелившее семя в руке, но большая часть всё равно попала на грудь девушке. Она же выглядела немного шокированной и, как ни странно, удовлетворённой.

Я потянул её к себе и просто рухнул вместе с ней на кровать. А потом с наслаждением поцеловал. Моя Рена, моя сладкая, решительная девочка.

– Это было восхитительно, – прошептал, мягко прервав поцелуй. – Ты очень меня удивила. Не думал, что сможешь принять подобные ласки.

Но она будто не услышала моих слов. И спросила совсем другое.

– Тебе разве не противно целовать меня? После… такого? – Она снова смущалась.

– А почему мне должно быть противно? Что за глупости? Ты подарила мне нереальное удовольствие.