Его тайная одержимость

— Ничего меня не укачивает. Всего-то раз попросила остановить, пока сюда ехали, — ворчу, но все же поддаюсь рукам Ромы, которые бережно прихватывают меня за талию, помогая забраться в высокую машину, которая начинает казаться смутно знакомой.

Еще до того, как успеваю вспомнить, что здесь произошло, чувствую, как лицо гореть начинает.

О нет… Это ведь не та самая машина? Хоть бы нет! Он же ее не из-за меня отказывается менять?

Рома захлопывает мою дверь и направляется к водительскому сиденью.

Мои пальцы стискивают упругое сиденье, пробуждая забытые воспоминания, а под подушечками проскальзывают бороздки на гладкой коже обивки. Те самые, что когда-то тут оставили мои ногти…

Вздрагиваю, когда хлопает водительская дверь, и поднимаю растерянный взгляд на Рому.

Он смотрит на меня. На мои руки, что все еще не могут отпустить чертово предательское кресло. И снова мне в глаза.

— Люблю я этот внедорожник, — будто бы невзначай бросает Рома, словно в продолжение их с Галей разговора.

А у меня в груди снова гореть начинает.

Все эти чертовы пирожки, внедорожники и прочая дребедень мне мозги пудрят! Он же не мне! Посмотрите-ка, какой любвеобильный. Всему подряд в любви признается.

— Чего бы его не любить, — ворчит папа. — Хорошая добротная машина. Галка совсем избаловалась!

Рома тянется к моему ремню безопасности, оказываясь на какое-то мимолетное мгновение слишком близко ко мне, так, что я успеваю в полной мере вдохнуть его горьковатый аромат. Отстраняется и защелкивает рядом с моим бедром ремень:

— Ну что, малыш, покатаемся, — говорит, глядя мне в глаза."

"И я уже рот открываю, чтобы как-то исправить в папиных глазах ситуацию, но Рома опускает взгляд и осторожно поглаживает мой животик.

— Первая прогулка по Москве, как-никак. Ничего, дядя тебе еще и не такие виды покажет…

Звучит слишком многообещающе. Но у меня сердце щемит от этого его «дядя».

Он ведь твой! И я…

Ты сделал меня своей на этом самом чертовом месте.

26. ОН

Поднимаю взгляд на Соню и теряюсь, когда в ее глазах слезы замечаю.

Ну что опять? Снова расстроил? Или все дело в воспоминаниях о нашей ночи? Может хотя бы теперь жалеет, что не согласилась стать моей? Еще тогда. Я ведь просил.

И сейчас прошу. Окажись жадной! Пожелай меня! Или мое богатство! Но будь моей…

Отворачивается. Прячется снова. Конечно, она ведь не такая. Особенная девочка, которой от меня ничего не надо.

Похоже, это карма за то, что я отталкивал от себя людей, потому что им вечно от меня что-то было нужно. Нашел ту, которой готов отдать все, что имею. Но она не хочет принимать.

Придавливаю педаль газа, несколько резко срывая машину с места.