Его студентка

Ник переводит взгляд на Камиллу и говорит одними губами: «Спасибо»

Камилла, кажется, забывает о нем и начинает сосредоточенно рассматривать свой первый в жизни букет.

Ник распрямляется и ловит мой взгляд в ловушку. Его лицо так серьезно, что я снова затаиваю дыхание:

— Я много думал о нас, Ева. И сегодня я здесь, чтобы дать гарантии. Поверь, если бы я не был уверен, меня бы здесь не было. Я хочу попробовать с тобой все. Все, что ты позволишь. Я обещаю, что буду работать каждый день, чтобы ты и твоя дочь чувствовали себя любимыми. Я знаю, что тебе страшно впускать меня в свою жизнь, ведь это жизнь двоих. И ты должна знать, что мне тоже страшно, потому что в случае неудачи я не оправлюсь и десятилетним хождением по барам. Потому что я люблю тебя. Влюблен в тебя, и хочу с тобой всего. Заботится о тебе и твоей дочери, разговаривать с тобой, строить планы с тобой. Я знаю, что ничего нельзя знать на сто процентов, но ты меня знаешь… я самоуверенный тип, и я в нас уверен. Просто дай мне шанс, Ева.

Я знаю, что имею право на счастье. Каждая женщина имеет право на счастье, даже если эта женщина — мама самого прекрасного на свете ребенка. Часто мы об этом забываем, и иногда просто нужен определенный человек, чтобы помочь вспомнить.

— Мы с Камиллой готовы попробовать. — я силюсь сказать это бодро, но выходит лишь шепот. — И я тебе верю. Верю, что у нас может получиться.

— Прекрасная новость, златовласка. — улыбается Ник и вытаскивает из за спины еще один букет. — Я почти не сомневался в успехе.

Я принимаю цветы и замечаю, как пальцы Ника дрожат. Кажется, самоуверенные типы тоже имеют свойство волноваться.

— Как насчет кафе с мороженым? Должен же я как-то зарабатывать свои первые баллы.

Камилла счастливо визжит, а я неумело прячу слезы. Мне все еще сложно поверить, что я могу быть счастлива, но, надеюсь, Ник это исправит.

Эпилог

Три года спустя

Ник

— Камилла, давай наденем тебе твою корону. Сейчас придут папа с Эрикой, пусть видят, что ты принцесса.

Камилла вертится в руках жены, но все же позволяет ей прицепить серебристый аксессуар к ее волосам.

— Пап, красиво? —она поворачивается ко мне, и обнажив зубы в щербатой улыбке, начинает вращаться по кругу.

Камилла стала называть меня отцом около года назад, но каждый раз мое сердце вздрагивает как в первый. Невозможно не любить эту девочку, ведь она копия своей матери. Хочется верить, что я заслужил это звание, потому что как я и обещал, я работал на него каждый день. Я бы хотел сказать, что это было легко, но тогда бы я солгал. Заслужить доверие Камиллы было несложно, а вот над доверием ее мамы пришлось изрядно потрудиться. Но я был готов к трудностям. Я, в конце концов, упрямый мудак.