Его строптивая малышка (СИ)

– Не смей! – останавливает меня властный приказ.

Жалобно смотрю на Данила, но он неумолим. Сидя в кресле, Староверов подается вперед, чтобы лучше видеть. Рубашка расстегнута, ноги широко расставлены, взгляд прикован к моему лицу.

– Это… слишком… – шепчу я.

– Мы только начали, Вика, – он опять тыкает пальцем в экран, и новый режим заставляет меня дрожать.

Я сворачиваюсь в позе эмбриона, но делаю только хуже. Тот шар, что попал в меня первым, немного смещается и задевает какое-то невозможно чувствительное место. Невозможно больше сдерживаться, я и так искусала все губы. Мои стоны наполняют комнату, а Данил не выдерживает и подбирается ближе. Он все еще держит дистанцию, но я замечаю, что ремень брюк расстегнут, и Данил время от времени сжимает член рукой. Я облизываю губы.

– Дай. Дай хотя бы в рот, – может, я немного отвлекусь.

– Вика, малышка, – голос его низкий, даже сипит немного. – Ты прекрасна. Но нет. Попробуй себя приласкать… Порадуй меня, малыш.

Вуйаерист хренов! Я запускаю ладошку между ног, но ощущения от шариков такие мощные, что мои прикосновения теряются на их фоне.

– Как тебе технический прогресс? – спрашивает меня Данил вроде бы безразлично, но крылья его носа побелели, а вены на шее вздулись.

– Иди ко мне, – молю я, мне очень нужно, что бы он тискал меня, гладил, сжимал, потому что я сама не справляюсь.

Староверов качает головой, и добавляет какую-то опцию, которая заставляет меня беспрерывно стонать, я цепляюсь за покрывало, извиваюсь на нем. Если один шарик просто вибрирует, рассылая колючие будоражащие искорки по всей промежности, то второй словно двигается внутри, томя меня, и все, о чем я сейчас думаю, так это то, как я хочу чтобы Данил трахнул меня. Вонзился и грязно отодрал. Сделал что угодно, чтобы облегчить мою участь.

Волосы влажные от пота липнут к лицу и шее. Соски, которые я покручиваю пальцами, горят. Клитор ритмично отзывается в такт движениям шариков. И чем больше я напрягаю мышцы, тем острее и невыносимее ощущения. Но я не могу остановиться и перестать их сжимать.

Староверов задает мне какие-то вопросы, что-то говорит, но все проходит как в тумане. Интервью явно не удается.

Я больше не могу.

Если эта игрушка призвана помочь женщинам кончать, то я не знаю, смогу ли я дожить до этого момента, потому что в ушах шумит кровь, перед глазами уже плывут круги, а мне ничуть не легче.

Данил хватает меня за руку. Оказывается, я снова тянусь достать игрушку.

– Малышка, нет. Еще не все режимы…

Смотрю на него почти ненавидящим взглядом.

Сукин сын!

Я вижу, что ты и сам вот-вот взорвешься!

Волосы взъерошены, рубашки давно нет, брюки расстегнуты, член сжат в его ладони. Данил, оказавшемуся вплотную к разгоряченному телу, тоже нелегко.