Его сокровище

После их смерти мы прятались два года, пока он планировал свержение нашего дяди. Мы были вместе, но как будто его не было рядом. Он считает, что единственный способ быть хорошим Доном — отгородиться от своих чувств.

Я ненавидела ту боль, которую они испытали, и то, какими одинокими были. Не представляю, что было бы, если бы у меня не было Милы.

— В любом случае, хватит грустных разговоров, — Сиенна ярко улыбнулась. — Расскажи мне о своей семье.

— Ой… — я замялась, не зная, что рассказать.

Не была уверена, что кто-то в Братве имел счастливую семью.

— Особо нечего рассказывать. У нас маленькая семья — только мои родители, Мила и Дима. Я была близка с бабушкой, но она умерла, когда я была маленькой.

Я откусила кусок хлеба, чтобы выиграть немного времени.

— Я не близка с родителями, — наконец я сказала, содрогнувшись от преуменьшения века. — Но мы с Милой лучшие подруги.

— Мне это нравится. Сколько ей лет?

— Девятнадцать.

— Ааа, такая молоденькая. Она должна приехать в гости. В нашем здании слишком много мужской энергии. Нам нужно больше девушек, чтобы мы могли их одолеть.

Я рассмеялась ее недовольному выражению.

— Одолеть их?

— Нашей женской энергией, — подмигнула она.

— Я бы очень хотела, чтобы она приехала. Я сильно по ней скучаю.

Теперь настала моя очередь сдерживать слезы. Я сделала большой глоток воды.

— Ну, это одно из преимуществ владения частным самолетом. Нам нужно запланировать ее визит.

Я не была уверена, что Пахан разрешит ей приехать, но, возможно, союз с Маттео сделает его более сговорчивым. Если я смогу убедить Маттео попросить его.

Тяжесть нашего разговора рассеялась, когда Сиенна начала рассказывать о ремонте в своей квартире. Она показала мне фотографии своих дизайнерских идей, спросила мое мнение и сказала, что мне придется прийти и посмотреть на все лично.

Я пыталась сосредоточиться на разговоре, так как это был мой первый шанс завести настоящую подругу, но мое тело было на грани срыва. Я почувствовала облегчение, когда обед закончился и Анджело сказал, что нам пора возвращаться.

Когда мы вернулись домой, Сиенна пригласила меня к себе, но я едва сдерживала слезы от боли, пронизывающей суставы. Я извинилась, помахала ей рукой, когда она вышла на своем этаже, и направилась в пентхаус.

22

СОФИЯ

Боль разбудила меня среди ночи. Лодыжки, колени и бедра кричали от болезненных спазмов, а голова раскалывалась. Я всхлипнула, закрывая лицо рукой, проклиная себя за то, что во время покупок использовала ходунки вместо инвалидной коляски. Я была глупа и самоуверенна, но Сиенна была такой идеальной и красивой. После дня, проведенного с ней, я не могла представить, что она осудила бы меня за использование коляски, но в начале знакомства этого нельзя было знать наверняка.