Его сокровище

Почему я не могу быть нормальной?

Я собралась толкнуться, но Маттео опередил меня, схватившись за ручки коляски и толкая меня вперед.

— Ой, хм, подожди, — сказала я, оборачиваясь. — Можешь не делать этого?

— Делать что?

— Толкать мою коляску. Мне не нравится, когда ее трогают.

Я приготовилась к его гневу или, по крайней мере, к раздражению, но он просто отпустил ручки.

— Но ты устала, — сказал он.

Я наклонила голову.

— Как ты это понял?

Он скрестил руки на груди.

— Я знаю все, — его голос звучал таким ворчливым, что я не смогла удержаться от улыбки.

— Верно…

— Если ты устала, почему я не могу тебе помочь?

К моей коляске редко прикасались, когда я в ней сидела, ведь большую часть времени я проводила на маленьком частном острове Пахана, где жила с Милой. Мне никогда не приходилось преодолевать такие расстояния самостоятельно, как в последние дни, и мои плечи за это расплачивались.

Я прикусила губу. Хотя я и была раздражена необходимостью пользоваться инвалидной коляской, но она была продолжением моего тела. Когда кто-то другой контролировал мои движения, я чувствовала беспокойство, хотя Маттео мог бы легко одолеть меня за полсекунды, если бы захотел.

— Думаю, будет нормально, если ты сначала спросишь, — я, наверное, хотела нарваться на неприятности, но все же получила некоторое удовольствие от того, как дернулся глаз у Маттео. Даже если это будет последним, что я увижу.

Он фыркнул и провел рукой по волосам.

— А я-то думал, что ты кроткая и тихая. Дон не просит разрешения, София.

Я повернула коляску так, чтобы оказаться лицом к нему.

— Я не знала, что у Донов есть справочник. Он у тебя в библиотеке?

В этот момент рядом с нами остановилась машина, и из нее вышел Анджело. Я встретилась с ним взглядом.

— Ты знал, что у Донов есть справочник?

Он улыбнулся.

— Что?

— София захотела побыть упрямой, — сказал Маттео, но в его голосе не было ни капли злости.

— И правильно делает, — сказал Анджело. Его выражение лица сразу стало серьезным, когда Маттео бросил на него гневный взгляд.

Я закатила глаза.

— Ой, да ладно, он не такой уж страшный.

Маттео посмотрел на меня с раздражением.

— Я буду предупреждать тебя, прежде чем трогать твою коляску. Это лучшее, что я могу сделать. — Затем он повернулся к моему телохранителю. — Не смей прикасаться к коляске без ее разрешения.

Анджело посмотрел на меня и серьезно кивнул. Тепло разлилось по моей груди.

— Поехали, черт возьми, я собираюсь тебя довезти.

Я фыркнула, но расслабилась, пока мой муж вез меня к лифту. Как ни странно, его присутствие за моей спиной было утешительным.

Лифт поднял нас на второй этаж и открылся в большой вестибюль.