Его сокровище

Содержимое бокала было ярко-красным, со свежей клубникой и маленьким цветным зонтиком.

— Настоящий клубничный дайкири.

Его губы коснулись моего уха.

— Почти такой же вкусный, как ты.

Я покраснела, когда воспоминания о том, как он разбудил меня своим языком в моей киске, заполонили мой разум… и другие части меня. Он провел пальцами по моим разгоряченным щекам.

— Моя красавица.

Я наклонилась к нему и сделала глоток.

— Вкусно. Спасибо, miliy.

— Все что угодно для тебя.

Я почувствовала сладкий аромат цветов и соли в воздухе, а затем вздохнула.

— Мне нравится здесь.

Солнце садилось, окрашивая небо и воду розово-оранжевыми полосами.

— Мы вернемся, когда захочешь. Только скажи мне."

"— Опасное предложение.

— Разве ты слышала, чтобы я возражал?

Я прижалась в ухмылке к его плечу. Меня можно считать избалованной мафиозной девчонкой, которая наслаждалась каждой минутой.

— Мне очень нравится этот купальник, — сказал Маттео.

Я вздрогнула под его горячим взглядом. Наконец он убедил меня надеть бикини. Оно было совсем крошечным — черным, с тонкими лямками, обрамлявшими мой живот. Он провел рукой по моему растущему животу.

— Мы вернемся с малышом.

Я сильнее прижалась к нему, муж обнял меня в ответ. Маттео посветлел за последние несколько месяцев. Он впустил меня, удивив своей улыбкой и чувством юмора. Волнение, которое он испытывал по поводу нашего ребенка, почти убедило меня не обращать внимания на его чрезмерную опеку.

Он поцеловал меня в макушку, а затем убрал руку и поставил свой напиток. Я приподняла бровь, но он только подмигнул и скользнул в воду. Его влажные руки схватили мои бедра и крепко сжали.

— Ты собираешься присоединиться ко мне, жена?

— Хм, — сказала я, делая вид, что обдумываю вопрос.

Он зарычал и раздвинул мои ноги, проведя языком по внутренней стороне бедра. Я поставила свой напиток, пока он развязывал завязки моих трусиков от бикини.

Я оглянулась через плечо.

— Нас кто-нибудь увидит.

— Я запрещаю им.

— Маттео, — сказала раздраженно.

— София, — ответил он, повторяя за мной.

Что бы я ни собиралась сказать, все забылось, когда он уткнулся носом в чувствительную кожу моих бедер и провел языком уже влажной киске.

— О, tesoro, ты должна была сказать, как отчаянно нуждалась во мне. Ты такая чертовски мокрая, такая нуждающаяся.

Я резко вдохнула, раздвинув ноги.

— Самая красивая киска.

Он нежно поцеловал мой холмик, каждый поцелуй был пыткой, пока я умоляла его прикоснуться к моему клитору. Наконец он это сделал, обведя его языком, но движения были слишком легкими.

— Пожалуйста, — умоляла я. — Пожалуйста-пожалуйста.

Муж усмехнулся, его смех завибрировал в моей чувствительной сердцевине, когда он вернулся обратно.