Его сокровище

— Ты сказал, что миссис Росси должна оставаться в подвале и что никто, кроме тебя, не должен ее выпускать, — сказал Анджело.

Я ударил кулаком по стене лифта.

— И никто не подумал что-то предпринять, когда я не вернулся через несколько часов?

— Когда ты не вернулся, я пытался вытащить ее. Доменико сказал, что позвонил Ромео, который подтвердил, что она должна оставаться там до твоего возвращения.

Я повернулся к своему брату, который поднял руки.

— Он мне не звонил. Я никогда такого не говорил. Я предполагал, что она тоже вернулась в квартиру.

Доменико мертвец.

Мое сердце бешено колотилось, и мне хотелось кричать от того, насколько медленным был лифт. Как только двери открылись, я помчался через подвал к камере, в которой находилась София. На улице никого не было, и ключей нигде не было.

— Принеси запасные ключи из моего офиса, — крикнул я Ромео.

Я повернулся к двери.

— София, tesoro, ты меня слышишь?

Я знал, что нет. Это была камера, которую мы использовали для пыток. Она был звуконепроницаемой.

Но это не помешало мне звать ее сквозь металл, давая ей понять, что я здесь и что я освобожу ее в считанные секунды.

Ромео вернулся запыхавшимся, но с ключом.

Дрожащими руками я открыл дверь и распахнул ее.

Ничто не могло подготовить меня к тому, что я увидел.

Свет проникал в комнату, освещая мою жену, скорчившуюся на полу и в луже своей мочи.

Я упал на колени и осторожно перевернул ее на спину. Ее глаза были закрыты, а кожа была холодной.

— Нет, любовь моя, пожалуйста, приди в себя, — умолял я, сжимая ее в своих объятиях.

— Ромео! Немедленно приведи Арию сюда!

Я побежал обратно к лифту так быстро, как только мог, держа Софию на руках.

— Не покидай меня, — умолял я ее все еще находящуюся в бессознательном состоянии.

Анджело сорвал с себя куртку и обернул вокруг нее, пока мы все заходили в лифт.

— София, ты меня слышишь? Пожалуйста, милая, пожалуйста, скажи что-нибудь.

Она всхлипнула, и этот звук был одновременно облегчением и пыткой.

Двери лифта открылись на верхнем этаже, и я вбежал в квартиру.

— Мы собираемся согреть тебя.

Я старался, чтобы мой голос звучал успокаивающе, но это было безнадежно. Ничто не могло успокоить или утешить меня, пока моя жена почти без сознания была в моих руках.

Ее глаза приоткрылись.

— Вот ты где.

Мой голос дрожал от облегчения.

— Давай отнесем тебя в ванну. Теплая вода поможет тебе.

Выражение ужаса исказило ее лицо.

— Нет, пожалуйста, не нужно воды. Я обещаю, что буду в порядке. Пожалуйста, не делай этого.

Она боролась в моих объятиях, но движения ее были слабыми и вялыми. Тем не менее, я держал ее крепче, чтобы она не упала и не травмировалась еще больше.