Его Случайный Наследник

Я мог бы задарить ее букетами и бросить к ее ногам богатства всего мира, но ей это не было нужно, если бы было, то она стала бы для меня одной из вереницы расчетливых продажных сук, а вот та, которой действительно хотелось дарить бриллианты — никогда бы от меня их не приняла.

Правду она мне тогда сказала. Любовь не купить, она не продается. Мне оставалось просто присутствовать в ее жизни. Наблюдать, как моя Алина выздоравливает.

Заходить в ее палату и ловить как она смеется с медсестрой, но стоит мне появиться как замолкает и опускает глаза.

Я проходил и садился в кресло. Изо дня в день. Смотрел на нее, а затем уходил. По началу моя Вишенка косилась на меня, ожидая удара, которого не следовало раз за разом.

Моя умненькая девочка начала понимать, что я не собираюсь отнимать у нее жизнь, ломать и прогибать.

Никогда.

Я не прикасался к ней. Просто смотрел и Алина начала привыкать к моему присутствию. Перестала прятать глаза. А порой мне казалось, что она начинала ждать моего появления.

Я наблюдал за ними. За ней и моим сыном, как она ходила к нему, как брала на руки и улыбалась, тихо воркуя.

Чувствовал себя вором, который продирается в святая святых и крадет толику их счастья.

Вот и сейчас я иду по коридорам к ней. К своей женщине. Меня не было несколько дней. Пришлось решать задачи бизнеса и навестить пару стран, а сейчас я открываю дверь и буквально застываю парализованный.

Меня молнией пробивает насквозь. Потому что глаза жжет от того, что вижу.

Вишенка держит сына на руках, волосы собраны в косу, блестят и переливаются золотом, на щеках нежный румянец. Глаза сверкают чистейшим счастьем, а пухлые губы раздвинуты в открытой улыбке…

Малыш на ее руках держит прядку матери в кулачке и так же улыбается.

Алина реагирует на то, что в их мирок ворвался я, поднимает взгляд на меня и впервые за долгое время ее улыбка не меркнет, наоборот девушка как-то смущается и опускает взгляд, а затем выдает с облегчением:

— Владислав полностью здоров…

Я знал. Я беседовал с врачом, но то, как произносит эту фразу моя женщина становится для меня каким-то триггером, я делаю несколько шагов и приближаюсь к Вишенке, становлюсь рядом, наклоняюсь и целую ее.

Сильно, страстно, она отвечает. Короткий поцелуй. Не позволяю себе большего. Отстраняюсь и замечаю, как вспыхивают ее щеки, не удерживаюсь, касаюсь самыми кончиками пальцев нежных бархатистых волосиков на головке сына и в груди начинает печь.

Сильно. Больно. Остро.

— Хочешь взять его на руки? — спрашивает моя спелая Вишня и смотрит мне в глаза, а я киваю, чувствую себя мальчишкой.

Алина улыбается и вкладывает моего сына в мои, контролирует процесс, помогает правильно забрать малыша, а я впервые беру его на руки.