Его сладкая кровь

- Йен… - прошептала Мара, - что происходит?

- Луна дарует обращенным новую жизнь, - ответил оборотень с благоговением к владычице. - Жизнь в волчьей шкуре. Кажется, скоро в стаях будут большие пополнения!

Ее волк повернулся к оборотням и крикнул:

- Клыки к клыкам! Отныне, мы будем тщательно работать над вопросом выявления ложных истинных пар до прохождения ритуала связки. Подобное не должно повториться, и волчица, не желающая быть с волком, который в реальности ее истинной парой не является, должна иметь право отречься. Я – Йен Хазард, и это мое последнее слово. Есть те, кто пойдет против него?

Ответом ему стал рык, прокатившейся по лесу, и получивший отголосок в каждом уголке их великой волчьей земли Хазардов.

- Клыки к клыкам! – рычали волки. Они знали, почему он так сказал, они понимали своего альфу. А Мара гордилась им. Гордилась тем, что его сердце не ожесточилось. Гордилась тем, что его зверь был способен на великодушие и прощение, даже после всего произошедшего. Она подошла к нему и встала рядом, прижавшись к Йегу плечом."

"- Клыки к клыкам, - прошептала девушка. – Сердце к сердцу. Кровь к крови.

41 глава

Аня

- Долго будешь стоять и молчать? – Аня произнесла, не отворачиваясь от могилы родителей. Не в волчьих обычаях было долго оплакивать усопших, ведь звери умирали лишь телесно. Дух же был бессмертным и по благословению Луны перерождался. Но сегодня с рассветом она пришла на возвышение, чтобы попрощаться.

Аня знала, что Эрик последует за ней. Так и получилось. Стоило ей выйти из дома и направиться в лес, как ледяная колючая аура устремилась вслед. Раньше эта аура причиняла ей боль. Теперь девушка практически ничего не чувствовала…

Эрик стоял неподалеку весь час, что она здесь находилась. Аня ощущала его горящий взгляд, но волк при этом не подходил ближе и молчал. Словно ему было достаточно смотреть на нее. Но это не так. Он хотел спросить… Его большой черный зверь топтался рядом и поскуливал. У Ани из-за этого сжималось сердце.

Она уже жалела, что отказалась поговорить о произошедшем с Марой, когда рано утром вампирша зашла в комнату и спросила ее о самочувствии. Аня пыталась оттянуть момент откровения. Вряд ли с Эриком это пройдет. Поговорить придется. К тому же Йен сказал, что он обещал Амаросу этот разговор еще до битвы.

Как только Аня задала вопрос, черный зверь вихрем устремился к волчице, полуживым телом лежавшей в темном уголке ее подсознания. Девушка закрыла глаза, когда зверь уткнулся носом в коричневую мордочку волчицы в надежде, что та очнется. Но она не шевелилась и еле-еле дышала. Ей не было больно, не было хорошо. Ей никак не было. Зверь зарычал, а потом вскинул голову и завыл. Слезы потекли из глаз Ани. Одна из них упала на широкую ладонь Эрика, которой он прикоснулся к щекам девушки.