Его сладкая девочка

Молчу, смотрю в окно, снег кружит пушистыми хлопьями, уже начинает темнеть. Меня откидывает на несколько лет назад, в то время, когда отец почти разорил компанию. И все потому, что его посетило прекрасное чувство— любовь, это почти в шестьдесят лет.

Ее и звали Любовь.

— Видела тебя недавно в ресторане с милой девушкой. Вы хорошо смотрелись вместе. Но ты меня даже не заметил, это неудивительно, твоя избранница очень красивая.

В ресторане?

Мы были только раз с Дашей в публичном месте, но я не заметил бывшую любовь отца. Сжал кулак, обернулся, чтоб посмотреть на Дашу, но ее уже не было в кабинете. Ушла, а я и не заметил.

— Зачем ты звонишь?

— Просто так, соскучилась. Мы все-таки не чужие друг другу люди.

— Мы чужие настолько, что ты даже не представляешь.

— Ошибаешься, Ромочка. Помнится, ты мне говорил раньше совсем другие слова.

— И ты им верила? Считал тебя умнее.

Повисает долгая пауза, понимаю, что задел ее, сильно задел. Что тогда только ни пришлось говорить, чтоб оградить отца от этой женщины. А ведь семь лет назад ей было, как мне сейчас — тридцать пять, но выглядела на десять лет моложе. Ни за что не скажешь, что она была охотницей за богатыми мужиками."

"Такая милая, трогательная, голубые глаза, отец совсем потерял тогда голову. Мама, узнав, просто ушла, не разговаривала даже со мной, улетела к тетке, к морю. Лишь приехала потом на похороны своего неверного мужа, не проронив ни слезы.

Больно было всем.

Не хочу вспоминать и думать, что я сам помог отцу шагнуть в могилу, а ведь только хотел показать, что его новая женщина не та, какой кажется.

Глава 32

Орешкина

Улизнула из кабинета, как только Роман отвлекся на телефонный звонок. Поправила трусики, одернула юбку, быстро застегнула пуговицы на блузке. Смотрю на себя в зеркало, вид совершенно чумной.

Щеки горят, глаза блестят, неспокойное сердце готово выпрыгнуть из груди. Я точно влюбилась. Так и застыла на месте от этой мысли, приложив ладони к щекам.

Разве такое возможно?

Папа говорил, что полюбил маму, как только увидел, с первого взгляда. Эти откровения у него бывали очень редко. Папа. Вот главная моя проблема. Господин Дымов, что захотел купить фирму моего любимого мужчины.

И еще та женщина, что была с ним в ресторане, о которой не знает даже всезнающая Машка. Я совсем увязла в своих эмоциях и сексе, в Вершинине и его ласках, не замечая ничего вокруг.

А ведь с Машкой что-то не так, я чувствую хоть она и противная иногда, но все же кровинка моя любимая. Прохоров еще звонил несколько раз ночью — конечно, у него там день, зачем думать о других? Хорошо, что Рома не проснулся и не начал снова пытать о нем.

— Добрый день. Роман Александрович у себя?

Выглядываю из-за шкафа, где висит зеркало.