Его сладкая девочка (СИ)

— Федор, прими уже себя таким, какой ты есть, поверь, станет легче.

— Совсем больная! Я не гей и не был им никогда!

— Конечно, да, это у меня отсасывали на новогодней вечеринке.

— Даша, ты все не так поняла.

— А знаешь, Федя, я тебе благодарна, вот реально хочу сказать спасибо, если бы не твой случайный минет, то я бы не приняла определенных решений и не встретила мужчину, которого полюбила.

— Дымова, ты пьяная?

— Да, Федор, но только от любви, — сижу, кручусь в кресле, мечтательно смотрю в окно, там уже стемнело, почти конец рабочего дня.

— Я приеду, и мы во всем разберемся.

— Не торопись, на океане сейчас, наверное, шикарные волны. И вообще, Феденька, желаю тебе огромной любви, целую.

Отключаюсь, не дав больше ему ничего сказать. Я на самом деле поймала себя на мысли, что не сержусь на Федора, он, можно сказать, мой купидон, если купидоны бывают геями.

Если бы не он, я бы не поспорила с Машкой, не отправилась бы в этот город, не встретила бы Вершинина в банке — с его темными и полными порока глазами.

Даже не по себе стало от этих мыслей.

Позади раздался кашель, повернулась, Тимофей стоял в дверях приемной.

— Да, почти все разошлись.

— Тимофей, а ты знаешь, куда поехал Роман Александрович?

Мне так захотелось его увидеть! Посижу тихо в уголке, даже не буду мешать деловой встрече. Не хочу быть дома одна, совсем не хочу.

— А ты отвезешь меня туда?

— Было велено отвезти домой.

— Ты словно всегда выполняешь то, что велено?

Тимофей замялся, опустил глаза, такой забавный, тонкая черная укороченная дубленка, черная водолазка, волосы зачесаны назад, уложены гелем. Такой мафиозный образ крутого парня. Понты наше все.

— Или скажи куда, я поеду сама.

— Я быстро, только в туалет сбегаю.

Помчалась вприпрыжку, совсем забыв о том, что умные девушки не следят за своими парнями, а любопытство — это грех.

— Я бы сказала, что ты совсем не изменился, но это не так. Рома, ты стал очень привлекательным мужчиной, харизматичным, мужественным.

— Ты позвала меня, чтоб делать комплименты? Не утруждайся.

— Я говорю совершенно искренне, это ты всегда сидишь и во всем ждешь подвоха. Расслабься, я не претендую на твою свободу, просто оказалась вновь в этом городе и решила увидеть старого знакомого.

— На кладбище сходи к моему отцу, навести старого знакомого.

Женщина, сидящая напротив меня, поджала губы, отвернулась. Смотрю на нее и не понимаю, как можно быть такой красивой и такой лживой. Я-то знаю, какая она, что скрывается за милым личиком и невинным взглядом голубых глаз.

— Не я одна виновата в смерти твоего отца. Я любила его…

— Люба, — перебиваю женщину. — У меня сейчас совсем нет времени и желания слушать, как ты любила моего отца — до такой степени, что он едва не разорил компанию, а потом умер от этой великой любви.