Его сладкая девочка (СИ)

Чувствую, этот орешек с фамилией Орешкина вымотает меня, выжмет все соки, закрутит нервы тугим узлом. Сжимаю член в кулаке, провожу несколько раз, подрачивая. Яйца поджаты, возбуждение бьет по нервам, а еще эта девочка, вся такая раскрытая передо мной, доступная, невероятно соблазнительная.

Колени широко расставлены, темно-розовые половые губки набухли и блестят от влаги, клитор отчетливо выделяется между ними. Я, как маньяк, все смотрю и не могу отвести глаз. Плоский животик, торчащие сосочки на идеальной груди, провожу по ней другой рукой, нависая над Дашей, целуя в губы.

Если я сейчас не окажусь в ней, то точно залью спермой все вокруг. Да отчего так башню-то сносит? Меня реально колотит так, что не слышу своих мыслей. Целую жадно, насилуя ее рот языком, глотая стоны. Она хочет еще, чувствую, что хочет. Ведет бедрами, а я трусь головкой члена о ее раскрытое лоно.

Тянусь к тумбочке, открываю, быстро шарю рукой, ищу презервативы, они всегда там есть, это гостевая комната, друзья часто приезжают со своими девушками. Макс постоянно таскает разных телок, вот он-то и пополняет запасы резиновых изделий. Сам на этой кровати первый раз, да еще не один. Нахожу, надрываю зубами фольгу, сам смотрю Даше в глаза, в них столько всего: удивление, желание, недоумение.

Все происходит молча, судорожно раскатываю латекс по стволу, в нем, конечно, ощущения не те, но мне не шестнадцать, чтоб думать не головой, а головкой.

Целую грудь, облизывая сосок, подхватываю Дашу под попку, сжимая ягодицы, разводя бедра еще шире, направляя член, медленно вхожу в нее. Сжимаю челюсть, толкаюсь глубже, Даша часто дышит, снова кусает губки, а я смотрю в ее глаза и боюсь потерять контроль над собой.

— Малышка, ты такая узкая, точно не девственница?

Даша лишь крепче хватает меня за шею, отрицательно мотает головой, я вхожу глубже. Хочется натянуть ее на себя со всей силы, войти на всю длину, но, словно мазохист, делаю это медленно.

— Такая узкая, сжимаешь меня до боли.

Делаю резкий толчок, наконец заполняя ее полностью, Даша замирает, кричит громче, впиваясь ноготками в мою шею. Я останавливаюсь, даю ей привыкнуть, целуя, покусывая губы.

Начинаю двигаться, чувствую, как напряжена во мне каждая мышца, как по спине стекает пот, слышу собственные хрипы. Сладкая девочка, безумно сладкая, а еще горячая.

— Дьявол, малышка, ты невероятная.

Приподнимаюсь, хочу видеть, как мой член входит в нее, смотрю вниз, киска раскрыта, она принимает меня так глубоко, как я только могу войти. От стен комнаты отражаются Дашины крики, сгибаю ее колени, прижимая к своей груди, теперь смотрю, как Даша мечется подо мной, как мнет пальцами покрывало, как она прекрасна в тусклом свете ночника.