Его слабость

Под потолком, за железными перилами находился спальное место.

– Давай пока в мусорное вёдро поставим его… Погоди, у меня вроде кастрюля есть.

Он сильно суетился, а я оглядывалась. В прихожей было два шкафа. Один с большими зеркалами, похож на тот, что стоит в моей квартире, другой низкий, в нём была мужская одежда от спортивной до деловых костюмов. Внизу на полке стояла обувь. И когда я открыла двери, в шкафу, как в холодильнике загорелся свет."

"– Дорого содержать такую квартиру? – спросила я, заворожённо рассматривая зал.

– Дороговато. Я даже думал забить на неё, – он нашёл высокую кастрюлю и налил в неё воды.

– Так может, в мою переедим, а эту продадим? Ну, если ты мечтаешь о туристической базе.

– Думаю, можно. Пока детей нет, в однокомнатной вполне поместимся.

– То, что у меня однокомнатная, Лерка рассказала? – нахмурилась я и прошагала по пустому залу, чтобы поставить букет в кастрюлю.

– Нет.

Нужно признать то, что Лёша старался мне говорить правду. Но то, что он многое скрывал, становилось ясно.

– Откуда ты знаешь? – допытывалась я, подходя к нему ближе и заглядывая в карие глаза.

– Узнавал, – он снял кепку, и на лице появилось полное раскаяние. – За три дня до выпускного пришёл к тебе в гости, а у дверей твоей квартиры стоит мужичок.

– Какой мужичок? – насторожилась я.

– Представитель твоего отца…

– Моего отца?! – я ошарашенно уставилась на него.

Повисла пауза.

Ко мне приходил человек от отца. Вначале дикая радость посетила меня: я нужна своим родственникам! А потом что-то насторожилось, съёжилось: ""Нафиг я отцу через тридцать лет?""

– Лёша, – угрожающе шипела я. – Куда ты дел представителя моего отца? И кто мой отец?

Лёшка замялся, посмотрел в окна, за которыми темнело, и зажигались огни.

– Завтра, я расскажу тебе всё завтра, – пообещал он. – Сейчас очень важная встреча. В салон красоты не успеваем, только платье тебе купить.

– Я никуда не поеду, пока ты мне всё не расскажешь, – топнула ногой и вызвала Лешего.

Но Леший только с ухмылкой на меня посмотрел. Хитро щурил внимательные тёмные глаза. Ничего не ответил.

Он твёрдым шагом прошёл к шкафу и стал переодеваться. В чёрный рюкзак скинул спортивную одежду, накинул на жилистое тело чёрную рубаху.

– Леший, ты понимаешь, что говоришь со мной о самом нужном мне. У меня никого нет…

– Я у тебя есть, этого достаточно.

– У меня есть отец! Скажи хоть как его фамилия.

– Завтра, – рыкнул он.

Почему закралось подозрение, что завтра не наступит?

****

Пустой фитнесс-зал был огромным. Пустовали беговые дорожки, зеркала отражали пустые тренажёры всех мастей. Свет не везде был включён. Но всё равно, цифры на весах было отчётливо видно.

Это не было Лёшино заведение, но он сказал, что у него не хуже.

Семьдесят четыре килограмма, и это не утром, а вечером.