Его слабость

За это время она умудрилась инкогнито подкинуть две шикарные фотографии. На первой: Маргарита Петровна с порно звёздами, такие мужики накачанные, дерущие её во все щели. На второй: Антон Иванович, который берёт меня сзади. И если в первом случае всё обошлось лёгким испугом Марго, то в случае со Свином кончилось его увольнением и нашим недолгим расставанием. Но Антон эту фотку очень любил. Извращенец чёртов.

Так что Анечка у нас ещё та скромница. Когда мы с классом выяснили, кто у нас великий художник, хотели её избить. Но у Анечки случился эпилептический припадок. А потом Катька задрала ей юбку и мы увидели, что всё тело девчонки в шрамах и ожогах. Это её мамаша насиловала.

Историю эту я прокручивала в голове много раз. И поняла, что Анька, по сути, ни в чём не виновата. Дура девка. Все мы дуры. Поэтому, когда в списке Маргариты Петровны я увидела Анечку, не стала глупостями заниматься, а спокойно ей написала.

Мы все выросли. Всё изменилось.

— Здравствуйте, — тихо поздоровалась Белая Плесень. — Я сразу хочу извиниться перед вами, Маргарита Петровна, и перед тобой, Соня, за своё плохое поведение в школе.

Я только хмыкнула ехидно и отошла к столам, где взяла большой нож и стала нарезать пирог. Анька ввязалась в готовку, привезла какие-то травы для чая. Я нарезала её пирог с вишней и всё сложила на одноразовые тарелки. Понесла в столовую.

А там зал полон людей. Набежали не только из нашего касса и параллельного, ещё те, кто на год и два младше учились.

Я быстро пробежалась по толпе взглядом. Нашла Васина. Лёшка с другими мужиками столы ставил в один ряд, организуя один большой. И выделялся мой одноклассник на фоне других мужиков, серьёзно. Фигурой своей неслабой, руками жилистыми и рубахой от Армани, что не только я заметила, но и некоторые потёртые бабёнки. Только вот Лёша ко мне приехал.

Точно ли ко мне? Я тяжко вздохнула и прошла к столу.

***

Пока я на стол накрывала, меня кто только по попе не ударил. Ну не даёт покоя моя задница мужикам! Только к залу задом повернулась, только тарелки с пирогами опустила на столешницу, по правой ягодице мощный удар. Так бил меня только Антон, но его здесь быть не могло. Кожу даже сквозь утяжку зажгло огнём. И немного накатило возбуждение, потому что нравилось мне это дело.

Но спуска я давать была не намерена. Резко обернулась, чтобы вмазать уроду. Мужик тут же увернулся от удара и встал в боксёрскую стойку, скалился, как зверь.

Смуглых да кареглазых в нашем классе было трое: Лёша Васин, Катька Тугарина и этот хмурь. Шишков Рома, полный ушлёпок и хронический долбо*б. Дикий волчонок, агрессивный хулиган. Хуже него только Трэш.

История Анечки — Белой плесени — не закончилась после того, как мы с классом обнаружили на её теле шрамы и ожоги.