Его Случайный Наследник (СИ)

А я дура зацепилась за слова бабы Нюры, что если бы поступил так, я была бы для него одной из сотни, мне так хотелось верить, что возможно… может быть… Боль.

Торможу мысли. Они врезаются в литую стену реальности. Добродушная бабуля меня просто поддержала, а я захотела обмануться.

Только сейчас понимаю, насколько сильно Ставров прокрался в мои мысли, поселился в душе, стал первым во всем…

Первым серьезным чувством…

— Я тебе так скажу Вишневская. Ты больно много о себе воображаешь… — продолжает напирать Арсений.

А я думаю, что возможно… может быть… дочь его бизнес — партнера Ставра умница — красавица, нежная девушка, достойная, обязательно невинная.

Почувствовав этого мужчину, думаю он не выберет какую-то богатенькую избалованную дрянь. Может она добрая и хорошая…

Мысли мчат в голове, колют иглами, вгрызаются в душу и травят меня глубоко изнутри.

Чем я хуже?! Тем, что папа не владеет парочкой заводов и я не родилась где-нибудь на Рублевке?!

Одна ночь. Случайность. Я знала на что шла. Нельзя полюбить человека просто так. Нельзя провести одну — единственную ночь и понять, что твое сердце отдано мужчине на веки вечные.

Сердце, которое ему не нужно. Ни чувства. Ни душа. А вот тело… Он взял тол, что хотела. Ты сама дала…

И все равно больно. До ломоты в ребрах, до потери пульса больно. Меня на части рвут голодные псы сомнений, озверелые твари, сотворенные из воспоминаний.

— Вишенка… Какая ты сладкая…

Его голос эхом. И мне хочется выть.

— Разок на тебя у олигарха встал, ты и думаешь, что теперь королева… — цедит зло мажор.

Все перед глазами вспыхивает. Не знаю откуда приходят силы. Я начинаю биться в руках Арсения словно озверелая кошка, молочу мажора и царапаю щеку, со всей силы вгоняю ногти в его щеку и провожу, оставляя кровавую борозду.

В древности гонцов с плохими вестями казнили на месте, а что же можно сделать с тем, кто намеренно хочет сделать больно, специально говорит страшное, чтобы причинить нестерпимое мучение, чтобы разрушить…

И сейчас я готова бороться за себя до последнего. Все что угодно — только чтобы не ощущать слизкие руки богатенького ублюдка на себе.

— Тварь! — воет мажор и хватается за щеку, а я как в замедленном кадре наблюдаю, как взмывает вверх его кулак, как-то без страха думаю, что вероятно, чтобы дать сдачи…

Зажмуриваюсь, понимаю, что все. Если этот кулак прилетит мне в лицо… Если он ударит…

Это конец. Просто конец. Все как в тумане, но именно в эту секунду ручка двери дергается. Одни раз. Затем еще. И еще.

— Что такое?! — слышится из-за двери, — немедленно отоприте!

Опять дерганье ручки уже более агрессивное. Быстрое и я распахиваю глаза, смотрю на прифигевшего Арсения.