Его Искушение (СИ)

В негодовании смотрю на вырубленный профиль с татуировкой на виске, сжимает челюсть до выпирающих желваков, прищуривает глаза, но темп сбавляет, открывает дверь и, наверное, чудом удерживается, чтобы не забросить меня в салон.

Машина чуть садится, принимая немалый вес Монгола, когда он заводит двигатель и плавно вписывается в поток, а я рассматриваю широкие плечи и смоляной затылок. Будь у меня еще один поднос, я бы по нему заехала!

Отворачиваюсь. В салоне воздух почти звенит от напряжения. Кажется, что стоит спичке вспыхнуть — будет взрыв.

Жмурюсь. Навязчивое ощущение меняющейся реальности не покидает, словно декорации на помосте остались прежними, привычными, но меня допустили на изнанку мира, где живут чудовища, они скрываются под людскими обличиями…

Тормозит у моего дома.

— Дальше я сама. Твоя помощь мне не понадобится. Жди в машине.

Взгляд бросает в зеркало, словно скальпелем срезает.

— Я даю тебе час.

Голос опять низковатый и гортанность появилась, а меня на страх продирает и глупая гордость бунтует в ответ.

— Послушай, ты там мой телохранитель или кто?! Временные рамки мне ставить ты не в праве!

Секунда тишины. Огненный взгляд и смех жуткий в ответ на мой выпад, а у меня все тело покрывается пупырышками мурашек. Хищность в каждом жесте мужчины.

— Хорошая попытка. Тебе лучше не знать, кто я. Час. Время пошло.

Кивает на дверь. Монголом не покомандуешь.

Повторять не нужно. Выбираюсь из машины и отсекаю от себя водителя с расцарапанной мордой лица. Можно, конечно, предложить антисептик неудачливому засланцу Каца, но перетопчется!

Пока иду, ощущаю, как смотрит на меня со всей тяжестью. Неодобрением. Игнорирую подобный взгляд. Не могу понять, почему с первой секунды, когда еще болталась на плече у амбала, притащившего меня в дом Каца, я чувствую в Монголе ярость, направленную именно на меня!

Ударяю по кнопке лифта в негодовании. Открываю дверь и хлопаю со всей силы.

— Достали! Боже! Как же они меня все достали!

Шиплю, скидываю высоченные каблуки, вцепляюсь пальцами в волосы, тащу немного и вскрикиваю, когда слышу голос:

— И кто же тебя так достал?

Подпрыгиваю на месте и разворачиваюсь, улыбка сама проскальзывает в ответ на теплый взгляд.

— Смотрю, ты в своем амплуа, клубничка, — веселый голос Саймона действует как хорошая таблетка, рядом с ним я прожила годы, а эта квартира стала домом.

Быстро иду к полуголому загоревшему парню и обнимаю его за шею, впиваюсь в него и прячу лицо на груди, вдыхая привычный холодный аромат геля для душа.

— Кто-то соскучился?! Я слышал, моя крошка стала музой. Крута, мать, крута. Ты снизойдешь до холуев или теперь к тебе только с почтением и по записи?

Смеется. Шутка с подковыркой. Для любой модели быть провозглашенной музой модельера с именем — мечта.