Его рабыня

- Александр Сергеевич пьет эспрессо через каждый час. Это ему придает бодрость и энергию в течение всего рабочего дня. Наш шеф очень много и усердно работает.

- Не понимаю, зачем нужно так надрываться директору компании. – Поставила одну маленькую чашечку с кофейным напитком на широкий поднос, и это показалось мне немного забавным. – Пускай дает задания своим подчиненным и отдыхает на курорте. Вот я бы так и делала.

- Как хорошо, что вы не являетесь директором компании. – Улыбнулась девушка в ответ. Мои мысли показались ей несерьезными.

- Может быть. – Немного растерянно произношу я.

Я вдруг вспомнила, куда направляюсь с этим подносом, и мое настроение тотчас упало. Литвин – единственный человек, которого я бы хотела видеть в последнюю очередь.

- Не бойтесь. – Стала подбадривать меня Василиса, заметив мое волнение. – Александр Сергеевич полчаса назад был в прекрасном настроении.

- Его прекрасное настроение закончится прямо сейчас, как только увидит меня. – Произнесла я на полном серьезе.

На что Василиса вдруг рассмеялась.

- Ни пуха, ни пера! – пожелала удачи она.

- К Литвину! – машинально отвечаю я и подхожу к двери кабинета директора.

Тихонечко стучусь в дубовую дверь. Жду разрешения войти. Ответа не последовало, после чего я стучусь еще раз, уже громче и протяжнее.

- Войдите. – Слышу суровый мужской голос.

Чувствую, как задрожали руки и в горле пересохло.

- Давайте я вам помогу. – Предложила свою помощь Василиса.

Она открыла мне дверь, и я вошла в кабинет шефа с дребезжащей на подносе чашкой эспрессо. Какой позор.

- Проходите, Анна Игоревна. Я вас ждал. – Произнес Литвин суровым тоном, пристально рассматривая меня с ног до головы.

Он сидел за своим столом, расслабленно откинувшись на спинку кресла. На этот раз на нем не было пиджака, придававшего ему деловой вид начальника, сидел он в белоснежной рубашке, с расстегнутыми верхними тремя пуговицами, что даже был виден нательный православный крест на золотой цепочке и немного темных волос на груди.

Он поймал на себе мой взгляд, и его уголки губ легонько дернулись в полуулыбке. Я смущенно опустила глаза, мысленно проклиная себя за слабость к красивому мужскому телу.

Признаться, он чертовски хорош собой.

- Вы просили кофе. – Слабым голосом выдавила я, всем телом дрожа от волнения.

На ослабевших ногах я подошла к рабочему столу Литвина и поставила поднос напротив него.

- Что это? – спросил он, глядя на темную жидкость, разлитую по подносу.

- Это был ваш эспрессо.

- И что с ним стало?

- Я его случайно разлила.

- Вы думаете, я стану пить с подноса? Сходите и приготовьте мне новую чашку.