Его подарок или наказание?

— Если вы проиграете, меня вернут к жениху, которому я нужна лишь для власти, — обречённо сказала она.

— Ты же принцесса… — почти шёпотом произнёс Рафаэль.

— Да, но я — женщина и расходный материал. То, что в мои двадцать два я ещё не замужем и у меня нет детей, это большая удача. Если бы я не была принцессой, меня бы уже отдали на забаву королю. А так как я дочь короля, так меня просто продали графу Малади, заключив контракт, — ответила Калья с мужеством, но в её глазах блестели слёзы.

Мы дали ей восстанавливающее зелье и, не слушая протестов Рафаэля, начали настраивать её, чтобы она смогла перенести нас в замок. Мы не знали, сколько у нас оставалось времени, но понимали, что наши мужчины в беде, и единственный шанс их спасти — это мы.

— Я пойду с вами, — сказал Рафаэль.

— Ты не можешь. Ты должен остаться здесь и сделать всё возможное, чтобы не допустить паники, — строго ответила я.

— Постарайся быть осторожной, — обречённо проговорил брат, осознавая, что его место здесь, чтобы защищать замок.

Талия и Рафаэль быстро собрали нам походные сумки, пока мы с Арией помогали Калье подготовиться. Как только портал открылся, мы втроём шагнули в него. В последний момент я заметила, как Рафаэль подхватил ослабленное тело Кальи.

Теперь всё зависело от нас.

Глава 42. Неожиданная помощь

Драго.

Пока мы находились обездвиженными из-за действия зелья, охрана короля быстро надели на нас антимагические наручники. Осмотревшись, я увидел, что Адем и профессор Дорн тоже были закованы. Но больше всего меня пугали обездвиженные тела Лео и Арно. Они лежали у ступенек, окованные антимагическими цепями, с телами, покрытыми кровавыми потеками. Судя по их состоянию, их пытали настоящие профессионалы. Лео не так-то легко сломить, но он выглядел так, словно прошёл через ад.

Зал, где мы находились, был перенасыщен безвкусицей: множество золотых завитков, вычурных картин и безделушек — это всё только раздражало. Вместо того чтобы раздать эти побрякушки нуждающимся, король Мороса собирал их для собственного тщеславия. Даже на нём самом было слишком много украшений, больше, чем любой моднице пришло бы в голову надеть. Король вызывал только отвращение: ожиревший, украшенный, словно новогодняя ёлка, и пропитанный жадностью.

Дядя о чём-то оживлённо переговаривался с королём, вероятно. Их разговор проходил достаточно тихо, чтобы мы не могли подслушать.

Я попытался почувствовать свою магию. Пустота. Ни малейшего отклика. Мы попали в ловушку. Но сдаваться не в моих правилах. Нужно искать выход. Я лишь мельком подумал, что если не выберусь, Рафаэлю придётся стать королём, а этого он мне точно не простит.

Когда охрана отошла, а дядя был увлечён разговором, я наклонился к Адему и профессору.

— Как снять наручники? — прошептал я.