Его нежеланная графиня

— Похоже «не в духе» — это обычное состояние графа. — последние слова девушка пробурчала себе под нос.

Агнета недоуменно моргнула.

— Вы что-то сказали, госпожа?

Алес отрицательно качнула головой и улыбнулась.

— Да так, мысли вслух. Все хорошо.

* * *Нортман Арельс мерил кабинет тяжелыми шагами, испытывая непреодолимое желание что-нибудь сломать. Едкое раздражение разливалось по жилам и отдавалось ноющей тяжестью в висках. Мужчина был зол. Если не сказать — в ярости.

Но даже здесь, наедине с собой он не собирался выплескивать эмоции. Им просто надо дать перегореть. Любой костер, если не подкидывать туда дрова, рано или поздно потухнет. Осталось только дождаться, пока наступит этот счастливый момент.

Так вышло, что день у графа не задался с самого утра. Хотя нет, до выхода из дома все было отлично. Удалось выспаться на удобной кровати. Потом позавтракать вдвоем с дочерью. Потому что графиня завтрак проспала. Впрочем, оно и к лучшему. Мужчине пока не хотелось пересекаться с женой.

Однако благодушное настроение продержалось ровно до прибытия в казармы. Где, практически с порога, пришлось разгребать целый ворох проблем."

"Во-первых, за лето в казармах развелись целые полчища блох. Из-за чего солдатам так и не удалось выспаться. А местные служки только делали круглые глаза и божились, что ничего не замечали. Хотя… эти лентяи, судя по всему, умели замечать только жалование. И уличных девок.

Пришлось устроить подчиненным грандиозный разнос. И лично проследить, чтобы все матрасы выпотрошили, а солому сожгли. Дворцовые лекари неоднократно предупреждали, что от укусов блох может развиться сухая лихорадка. А то и целая эпидемия.

Потом выяснилось, что над двумя складами прохудилась крыша. И некоторые запасы успели подгнить.

В незакрытом вовремя колодце скопился сор…

Пришлось лично контролировать все работы. И тихо злиться про себя, что некого призвать к ответу.

Глава хозяйственного ведомства казарм — барон Диорти, был высохшим стариком, разменявшим девятый десяток. Он плохо слышал, вечно дремал в своем кабинете и на все слова сонно кивал головой.

Должность барон получил в знак уважения, за какие-то очень и очень давние заслуги (которых, к слову, никто толком и не помнил). И теперь тихо доживал свой век, как бы находясь «при деле». Различные служки при такой власти, чувствовали себя очень вольготно.

А городской страже, королевским гвардейцам и различным охранным отрядам приходилось уповать только на своих командиров. Сами солдаты не имели права строить слуг.

Но хозяйственное ведомство было еще не самой большой проблемой. Куда большей бедой Нортману виделось ведомство жалований.

Чиновники регулярно забывали суммы солдатских жалований и ошибались на несколько монет.