Его невеста

Сжал крепко, не вырваться.

— Не сопротивляйся, — выдохнул он рвано, опалив её шею горячим дыханием и вызвав табун мурашек по коже. Ната и не думала сопротивляться. Она прикрыла глаза, прислушиваясь к собственным эмоциям. — Мне… надо.

Он раздевал её быстро. Такими же порывистыми нетерпеливыми движениями. Сначала осторожничал, продолжая себя сдерживать. Под конец разрывал одежду Наташи. Девушка попыталась помочь ему, ей не нравилось, что новая одежда приходила в негодность. Но натолкнувшись на пылающий взгляд Федора, притихла.

— Переступи, — он присел, спустив её трусики к икрам. Разорвал белье, оно врезалось в попу, и Ната протестующе пискнула. Пришлось по старинке снимать его.

— Федя…

— Наташ… Пожалуйста…

Она не стала противиться. Не стала ничего больше говорить. Останавливать — тоже. Его нетерпение, страсть передавались и ей. Наташа потянулась к мужчине, он перехватил её руки, крепко сжал, прожигая взглядом.

— Идем.

Несмотря на предложение, Федор не позволил ей и шага сделать. Подхватил обнаженную на руки, впился губами в губы, сразу же проникнув языком внутрь. Ната с готовностью отозвалась, отмечая, как тяжело дышит её альфа. И словно дрожит. Она сильнее прижалась к нему.

Да что с ним такое?

Она хотела, чтобы он успокоился. Чтобы те тревоги, что терзали его крупное тело, оставили его. Ей хотелось забрать его боль себе.

Потому что любит.

Жизни своей без него не видит.

Ната обняла его за шею. Сначала пусть успокоится, потом и поговорят.

Он отнес её в ванную. Поставил на пол и сразу же направился к душевой, врубив воду на полную. После чего обернулся и обжег Наташу взглядом, в котором огонь страсти разгорелся ещё сильнее. Ната стояла, не пряча от него тело. Ей нравилось видеть, как он её рассматривает.

Всегда с восхищением."

"Своим телом Федор не дал полюбоваться, сразу же затащил Нату под душ. Если она рассчитывала на прелюдию, её ждало разочарование. Федор, сшибая бутыли с шампунями, нашел гель для душа, открыл его и вылил едва ли не четверть тюбика себе на ладонь, после чего размазал его по плечам Наты. Хмурый, неудовлетворенный собственными действиями, он снова выругался. На этот раз схватил мочалку и остатки геля уже опрокинул на неё. После чего начал мыть Наташу.

Девушка уперлась руками в стену. Прикрыла глаза и позволяла Федору делать то, что он задумал.

Теперь она осознала его «надо».

— Ты смываешь с меня их запах? — тихо спросила она.

Обычный человек не услышал бы её из-за звука льющейся воды.

Но её Федор не обычный.

— Да.

От вибрации его тона, от того, сколько тоски, гнева, страсти, раскаяния заключалось в простом согласии, Нату пробрало. Она хотела развернуться и заглянуть Федору в глаза — ей не дали.

— Я должен убрать их запах! — рычал мужчина, уже не сдерживая себя.