Его мишень

— Я же уже сказала — в аптеку.

— Уезжаешь, оставляешь нас одних. И подружке «разрешила» меня поюзать. Какая ты благородная.

Его тон был немного резким и как будто бы обиженным.

Видимо, они многое успели обсудить, когда я надолго сбежала в туалет. Спряталась, потому что больше не могла выносить их горячего флирта.

— С чего ты взял, что я что-то кому-то разрешала? Ты взрослый человек, сам решения принимаешь. Я вижу, что вы друг другу понравились, не буду мешать.

— То есть вот так, да? Сделала выводы за меня?

— Ну а как? — взглянула на него прямо и показушно гордо. — Не парься, я на электричке доберусь, тут близко. Развлекайтесь.

И ушла, ощущая спиной его яростные взгляды-стрелы.

Конечно, ни в какую аптеку мне было не нужно — я доехала до дома, забрала уже собранную днем сумку, связалась с Ниной, которой заплатила за то, чтобы она приходила к маме ежедневно до тех пор, пока я ее не перевезу, и рванула прямиком на вокзал. К счастью, было недалеко.

Мне было обидно, что он даже не звонит, не интересуется, где я, не уговаривает отвезти самому. А потом вспомнила, что у него даже нет моего номера. Конечно, зачем он ему? Ему даст Лиза. И номер, и все остальное."

"Досиживая последние минуты в зале ожидания, я все еще надеялась, что он узнает у Лизки где вокзал, приедет, в свойственной ему манере скажет не маяться дурью.

Но он не приехал, и я, погрузившись в окутанный сумерками поезд, в одиночестве отправилась домой.

Глава 18

Вернувшись домой я долго держалась: не смотря на то, что было уже двенадцать ночи приготовила легкий ужин, просмотрела конспекты, почитала отзывы о лучших пансионатах для пенсионеров с диагнозом вроде маминого.

Я занималась много чем, чтобы отвлечься и отпустить то, что произошло: я все сделала правильно. Но внутри все свербело от мысли, что все-таки нет. Я действительно буквально «подарила» его подружке, сказала, что мне безразлично, останется он с ней или нет. Если она передала ему эти мои слова, конечно, они не могли его не задеть. Ну а кому бы понравилось?

Я смотрела, как движутся стрелки часов, представляла, что они там вместе, думала о том, чем занимаются и как будто бы пытала саму себя каленым железом.

Я ненавидела себя за подобные мысли, ругала, что подпустила его к себе настолько близко, психовала, что вот так просто уступила его Лизке. Злилась на подругу, хотя она вообще ни в чем не была виновата.

А он? Просто взял и бросил меня! Остался!

Хотя чего еще я могла ожидать от такого циника как он? Акция доброты закончилась и он переоделся в привычную шкуру ублюдка. Нужно просто вычеркнуть его из головы.

Но сказать легче, чем сделать.

На следующий день я ходила словно в воду опущенная, даже парочка сплетниц на кафедре заметили, что со мной что-то не то. Пытались выяснить, куда я ездила и с кем.