Его мишень

— Ага, счастье, — как-то странно улыбнулся он и, пристроившись поудобнее, лег, положив голову на мои колени. — Ноги у тебя, кстати, отпад. Тебе говорили?

Говорили, но он… нет. Но не признаваться же, что слегка растаяла.

— Эй, але, — чуть брыкнула «отпадной» ногой, — ты спать что ли собрался?

— Сейчас, пять минут покемарю и пойду.

— Ну конечно, кто бы сомневался. Не квартира, а дом милосердия какой-то.

Я немного побубнила для приличия, потом на автомате погрузила ладонь в его жесткие пряди и… тоже уснула.

Глава 14

Звонок будильника выдернул меня из сна, словно утопленника из пучины за намотанные на кулак волосы. Резко, грубо и беспощадно.

Я вздрогнула всем телом и широко распахнула глаза, и первое, что ощутила — как сильно онемели ноги. Словно на колени положили гирю.

«Гиря» тоже проснулась — недовольно сморщив нос, потерла подушечками пальцем глаза и зябко передернула плечами.

— Ты на отоплении, что ли, экономишь? Чего холодно так?

— И тебе доброе утро, Бойко. Не мог бы ты… слезть с меня?

Сонное лицо озарила придурковатая ухмылка.

Закатив глаза, я спихнула с колен его голову и не без усилий поднялась.

— Ночевать у меня дома становится какой-то нездоровой традицией, тебе не кажется?

— У меня тоже пожрать нечего, так что какая разница где просыпаться.

— Очень смешно. Чтобы когда я вышла из ванной тебя здесь не было, — и язвительно добавила: — Муж.

Но когда я вышла из ванной, меня ждали тосты с аппетитной хрустящей корочкой, ломтики сыра, джем и чай.

— Сыр по акции? Ну ты серьезно?

— То-то я смотрю, что его стало меньше на половину, видимо, так сильно не понравился.

Бойко заржал, запихивая в рот огромный кусок хлеба. Я заметила, что он переоделся и так же как я сидел с влажными волосами.

Я села напротив и аппетитом приступила к еде.

— Ты домой что ли ходил?

— Ну да, — дернул плечом и потянулся за следующим куском. — Ты бы меня к себе в душ все равно не пустила. Или я лоханулся и надо было постучать?

— Ну мог бы рискнуть, конечно, повод отчислить придумать недолго, — подавив улыбку, жирно намазала белый хлеб вареньем. — Раз к себе уходил, зачем тогда обратно вернулся?

— Не люблю один завтракать.

— Спать ты тоже походу один не любишь.

— А тут наоборот. Но получается когда как, — и бросил на меня прищуренный взгляд: — Спасибо, что не выгнала. Но забудь, что я там нес, по-любому какую-то хрень.

— Да нет, как раз наоборот: вчера ты впервые ее не нес. Даже был похож на подобие нормального человека, с сердцем и чувствами.

— Короче, душнила и нудота.

— Сейчас — да. Не порть аппетит, дай поесть нормально.

И странное дело, мне абсолютно не было некомфортно в его присутствии, и даже то, что он сидит напротив не казалось чем-то неправильным.