Его мишень

— А это ваша подружка? Мы познакомились уже. Зачетная.

— Если бы ты чаще ходил на учебу, то знал бы, Соболев, что Ангелина Игнатовна тоже педагог и теперь она преподает в нашем университете.

А вот этого парень явно не ожидал: выражение лица стало удивленным, но точно ничуть не напуганным.

— Серьезно? Теперь тогда точно буду чаще ходить.

— Соболев! Имей совесть!

— Все, ухожу, — поднял руки, будто сдаваясь невидимому врагу, и следующее адресовал уже мне: — Но не прощаюсь."

"— Не обращай на него внимания, тот еще клоун, — просветила Олеся когда он удалился.

— Твой студент?

— Угу, и далеко не самый лучший. Болел он, конечно.

— Что-то их много «больных» в двадцать с хвостиком развелось.

— Не поняла?

— Да это я так… — напоминать о Бойко с точно таким же «отмазом пятиклассника» не хотелось. Понюхав содержимое стакана, осторожно обхватила его рукой. — Ну что, начнем отрываться уже, что ли?

Настроение быстро поднялось, я отпустила проблемы, постаралась обо всем забыть и провести вечер так, как его проводят все «нормальные» девушки моего возраста.

Мы танцевали, размахивая руками и, поддевая друг друга бедрами, хохотали, было действительно классно, до тех пор пока…

— Подумать только — ангелы посещают злачные места, — раздалось за спиной, и мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы узнать обладателя голоса. Но я, конечно, обернулась.

— Между прочим, у меня законный выходной, — абсолютный факт, с чего бы мне вдруг тушеваться, но настроение волшебным образом моментально как ветром сдуло. Музыка сразу же стала казаться раздражающе громкой, люди излишне раскрепощенными, а я чрезмерно много позволяющей себе училкой.

И что самое удивительное — когда ко мне пытался подкатить тоже, как оказалось, студент, у меня никаких мук совести не проснулось, но стоило появиться Бойко с его насмешливым взглядом…

И как он это делает?

Я пожалела, что Олеся отбежала в туалет именно сейчас, поддержка мне бы точно не помешала.

— Я думал, вы вечерами дома сидите, дотошно составляете план лекций, а вы, оказывается, та еще штучка… — окинул меня взглядом с головы до ног. Истинно мужским заинтересованным взглядом.

Милое черное платье, которое я всегда любила, тут же стало слишком коротким, грудь развязно вываленной на всеобщее, макияж — вульгарно ярким.

— Впрочем, внешность же обманчива, да?

Это он сказал уже подойдя на шаг ближе.

Вокруг нас бесновалась молодежь, и мы — две живые статуи друг напротив друга в стойке упорного противостояния.

— Что вам надо, Бойко? — скрестила на груди руки, пытаясь как можно больше спрятать содержимое декольте, в которое он, в общем-то, не смотрел, потому что уставился в мои глаза. — Я не нарушаю никакого закона и всего на год старше вас.