Его малышка на миллион

– Какие дрожжи, Вероника?! Кто дрожжи в бисквитное тесто добавляет?! – прихлебывая вторую порцию рома из мерного стакана, насмешливо поинтересовался Поляков.

Опасаясь, как бы ее банановый пирог не превратился в ромовый потоп, Алекса забралась на табурет и прокричала:

– Давайте уже без соды его печь!

На том и порешили. Вылили тесто в форму и поставили в духовку.

– Ну-с, за шедевр кулинарного искусства! – Поляков приподнял подозрительно полный стакан с гаванским ромом.

– А пока пирог будет готовиться, можно поужинать пиццей! Она уже остыла, наверное… – предложила Вероника.

– Как по мне, идея отличная! – Поляков уже подсаживался к столу. – Хотя шашлык был бы намного лучше. Жаль, что мы в ресторан не поехали!

– Тогда, может, на выходных? – предложила Вероника.

– Посмотрим, что там у нас на выходных высветится! – отмахнулся Андрей: в отличие от веселого Сереги и оптимистично настроенной Вероники ему пирог совсем не нравился. Куда там тягаться с председательшей родкомитета? Она, поди, с пеленок пироги печет!

Пока все вчетвером уминали пиццу, пирог испекся, только не поднялся. Тесто и бананы расплющило по поверхности формы, и получилось совсем не красиво.

– Зато вкусно как! – разрезая тонкий банановый пирог на куски, восхищалась Вероника. – М-м-м, пальчики оближешь!

– Может, и оближешь, – расстроилась Алекса. – Да только такую выпечку на конкурс не возьмут.

– А мы ее сгущенкой зальем! – запыхтел раскрасневшийся от рома Поляков.

– Крестный, ты, конечно, очень хороший, но боюсь, сгущенка только все испортит, – печально покачала головой Аля.

– Ладно, сколько у нас еще времени до конкурса? – нахмурился Северский.

– Конкурс в следующую пятницу.

– Времени навалом! Завтра снова будем репетировать!

Когда кухня была убрана, а гости разъехались по домам, время на часах уже перевалило за десять вечера. Алекса заснула в своей комнате сразу после того, как приняла ванну, а Андрею все не спалось. Дневные заботы отошли на задний план, и его мысли вернулись к тому месту, на котором ранним утром оборвался приятный сон.

«Даже во сне Злата продинамила меня с чаем!» – фыркнул он. Улегся на кровати и взял в руки мобильный. А что, если ей сообщение отправить? Узнать, как дела, например? Не спит же она в одиннадцать часов вечера?

«На чай напроситься… скажем, завтра!» – мелькнуло заветное.

Улыбнувшись своим мыслям, Северский напечатал Злате сообщение:

«Приветствую!»

Отправил и застопорился. Глупо как-то звучит это: «Приветствую!». Что дальше-то писать?! Хотел уже отправленное сообщение удалить, как вдруг Злата неожиданно ответила:

«Добрый вечер!»

И тоже в ожидании перестала печатать дальше.

«Чем занимаешься?» – чувствуя, как поднимается настроение, написал Северский.

«Не тем, чем хотелось бы.