Его малышка на миллион

А до субботы придется потерпеть небольшое неудобство. Обувь тоже жмет?

– Совсем чуть-чуть.

– Ладно, обувь тоже новую купим. Только обещай мне, что сегодня же извинишься перед Макушевой, и никаких больше разборок!

– Пап, пусть она сначала возьмет свои слова обратно! Я не бездарь! —Дочка звонко стукнула ложкой по тарелке.

– Аля!

– Я же сказала, не стану извиняться! А если будет меня задирать, получит еще!

– Ты понимаешь, что надо учиться быть гибкой? Чего ты добьешься, если снова устроишь драку? Только негативных последствий!

– Я не понимаю, на чьей ты стороне, пап?! Ты меня должен защищать, а не Макушеву! Она врушка! Врушка и притворяшка!

– Не хочу больше ничего слышать! Дожевывай свою овсянку скорее, и я отвезу тебя в школу!

Алекса насупилась и ничего не ответила.

Почти всю дорогу до школы они молчали. Устроившись на заднем сиденье, Алекса демонстративно засунула в уши наушники и слушала музыку в своем телефоне.

«Вот так! Растишь их, пылинки сдуваешь, на встречу с корейскими партнерами опаздываешь, а они потом наушники в уши засовывают, и полный игнор!» – обиделся на дочку Северский.

– Аля, после школы тебя заберет наш водитель! – Притормозив у школы, он строго взглянул на девочку.

– Хорошо… – Она пожала плечиками, подхватила рюкзак и заторопилась на выход. Выбравшись из машины, обернулась: – Пока, пап!

– Я буду поздно, мне на собрание в школу вечером идти!

– Я в курсе!

Алекса послала ему воздушный поцелуй и зашагала по дорожке в сторону главного входа.

…Через час Андрей Северский появился в главном офисе их частного охранного предприятия «Сармат».

Поляков уже давно был на месте и вовсю распинался перед крупным партнером: рассказывал об успешном внедрении на отечественном рынке противоугонных систем с логотипом «Сармат».

Их общая секретарша Вероника услужливо бегала из кабинета в переговорную и обратно: то с подносом, на котором источали волшебный аромат кофе и домашнее печенье ее собственного производства, то с распечатанными договорами."

"Заметив Северского в дверях переговорной, Поляков недовольно нахмурился. Взгляд его карих глаз так и кричал о возмущении. Еще бы ему не возмущаться: на важную встречу с корейскими партнерами Северский приехал с опозданием на час двадцать, и Полякову пришлось отдуваться за двоих!

Северский пригладил волосы, поправил галстук и свой самый любимый темно-синий пиджак из тонкой шерсти, прочистил горло и извиняющимся тоном произнес:

– Доброе утро!

Корейские коллеги взглянули на него с интересом, а переводчица с корейского языка недвусмысленно ему подмигнула.

Поляков фыркнул:

– Недоброе!

И продолжил рассказывать о разработке «Сармата» и показывать ее на всплывающих на доске картинках из проектора.