Его маленькое (не) счастье

И вот если Марьяна намеренно цыплят девочку, то Алиса искренняя. Чистые эмоции, никакой фальши. Надрыв.

— Ах ты, малолетняя дрянь!

— Хватит! — одёргиваю Марьяну, прерывая. — Обе замолчали! — Ты, — указываю на Алису, — идешь в дом. А ты, — обращаюсь к жене, — собираешь Леру, и мы едем домой.

— А что… — пытается возразить жена.

— Иди за Лерой, я сказал! — подталкиваю ее. — А ты — домой! — таким же тоном указываю растерянной Алисе.

Марьяна разворачивается и уходит, громко стуча каблуками. Алиса глубоко дышит, сглатывает и, поджимая губы, убегает в сторону дома.

Выдыхаю, тру лицо.

И что мне с этим делать?

Зная Алису, понимаю, что она не успокоится. А я так устал…

Нет, не физически — морально истощён. Кажется, что всю свою жизнь я упускаю что-то главное, значимое. Оно проходит мимо меня, а я не успеваю уловить вкус.

Сажусь в машину, выезжаю со двора и жду.

Лерка бежит впереди с криками: «Я сяду вперед!» Марьяна одергивает ее, запрещая.

— Пусть сядет ко мне, — улыбаюсь дочери и с недовольством смотрю на Марьяну.

— Ты всегда ей потакаешь, — фыркает жена, садясь на заднее сиденье. Лерка устраивается удобнее, пристёгиваясь, а Марьяна продолжает выражать свое недовольство: — Она уже ни во что меня не ставит. Слушает только тебя! — нервно дергает ремень безопасности. — Я — запрещаю, ты — разрешаешь.

— Ты слишком много запрещаешь, — подмигиваю дочери, на что та улыбается мне.

Это же девочка.

Моя маленькая девочка, я не могу ей ни в чем отказать. Порой мне кажется, что за все мои годы по-настоящему и искренне я люблю только дочь.

— Платон! — злится, сжимая губы. Кидаю на нее взгляд в зеркало заднего вида, смотрит на меня с недовольством. Да по-другому и быть не может, последние несколько лет в наших отношениях сплошные претензии друг к другу.

— Мы выясним все дома, сейчас просто помолчи, — отвожу взгляд на дорогу, но через минуту торможу.

Пробка.

И никак не объехать. Я в самом эпицентре. Впереди — авария. Позади — поток машин в три ряда.

Замечательно.

Бью по рулю, откидываясь на сиденье.

— Я хочу писать, — пищит Лерка.

— Сильно? Потереть можешь?

— Немножечко, — сжимает ножки.

— Потерпи, зайка, — достаю из бардачка ее планшет. — Поиграй пока, отвлекись. До дома недалеко.

— Я запретила ей планшет. Она наказана за плохое поведение, и ты это знаешь, но все равно суешь ей этот планшет, — фыркает Марьяна.

— И что ты предлагаешь ей делать в этой пробке?! — резко разворачиваюсь.

Мое терпение небезгранично, а Марьяна словно специально доводит меня. Но не находя ответа, утыкается в свой телефон. Вот эту игрушку она любит больше всего. Живет там, на своей гламурной странице, в своем блоге, в выдуманном идеальном мире. Где у нее идеальный небедный муж, умница-дочь, а она супержена. «Яжемать».