Его маленькое (не) счастье

— Да понял я, что он замечательный, — усмехается, но не верит мне. — Я спрашиваю, кто он?

— Что ты хочешь услышать? Имя, фамилию, род деятельности?

— Да, — кивает.

— Нет. Этого я не скажу.

— Вот, — довольно улыбается. — Никого у тебя нет. Свидание? — не унимается и накрывает мою руку.

— Нет, — выдергиваю ладонь. — Можешь не верить. Мне в принципе все равно, — вынимаю деньги за свою еду и кладу на стол.

— Вот только не нужно меня обижать, — берет мои деньги и запихивает их в мой карман.

— Тогда спасибо за обед, но мне пора.

Он еще что-то говорит, но я не слушаю, пользуюсь моментом и сбегаю, пока Макс просит счет.

* * *Я не умею готовить. То есть могу, конечно, что-то простое, а вот пироги — это уже не мое. Сколько наблюдала за сестрой, повторить не получалось. А Платон любит пирог с курицей и грибами. Хочется его порадовать. Со дня операции прошла неделя. Он уже гораздо проще относится к моему присутствию. Нет, злится, конечно, но больше на то, что я постоянно кидаюсь ему помогать. Это не жалость. А простое человеческое участие. Все лучше, когда за тобой ухаживают близкие, чем бездушный персонал.

Забираю в пекарне заказанный мной свежий и горячий пирог, покупаю в магазине его любимый чай с бергамотом и мчусь в больницу. Мне не обидно, что Платон иногда резок и отталкивает меня. Отступать не собираюсь. Пусть привыкает. Я должна дать ему понять, насколько он мне дорог. Дорог как мужчина. Может, я и дура, но вижу, как иногда он на меня смотрит. Явно не как на ребёнка. Я не последняя тварь. Если бы он любил Марьяну, то, наверное, я отступила бы. Но он ее не любит. А я это чувствую. Знаю.

Забегаю в больницу, здороваюсь с санитаркой и медсестрой на посту. Я уже со всеми познакомилась. Запах от пирога изумительный, желудок сводит.

Прохожу в палату и нахожу Платона, работающего за ноутбуком. В очках. Он надевает их только за работой. А зря, они ему очень идут, придавая солидности и серьезности. Он в инвалидном кресле за столом. Платон будет ходить. Но не так скоро. А в остальном выглядит хорошо. Собранный, чисто выбритый, широкие плечи подчеркивает белая футболка. Не видит меня, увлечённо что-то печатая. Или делает вид, что не видит.

Прохожу, ставлю пирог на стол рядом с ним. Демонстративно включаю чайник на подоконнике, подхожу к Платону сзади и целую в щеку.

— Привет. Я пирог принесла. Твой любимый. Еще горячий.

Замирает. Закрывает глаза, пока я висну на его шее. Так приятно, чувствовать его близость. От Платона уже не пахнет больницей, а чем-то свежим, холодным и мятным.

— Привет, — выдыхает, снимая очки. — Ты неугомонная. Почему не на учебе? — как строгий папочка спрашивает он.

— Я только из универа.

— Рано, — посматривает на часы.

— Выучил мое расписание? — смеюсь. Качает головой.

— Выпьем чаю с пирогом, и я уйду. Поберегу твою психику.