Его маленькая слабость

Аж захотелось налить себе стаканчик.

Такую беспомощную на улицу?

Опускаюсь на банкетку у будуара. Запускаю пятерню в волосы. Не думай об этом! Не думай! Тебе не должно быть дела. На улице столько людей беспомощных живет. Женщины, дети, старики. Что, всех в дом потянешь, мать Тереза?

Чувствуя явное раздражение из-за своих двойственных желаний, ныряю рукой в дорожную сумку. Вынимаю жменю шмоток и бросаю на кровать. Ширпотреб какой-то. Она в этом ходит? Лара хороша. Могла бы и купить немощной подруге что-то поприличней.

Ещё один заход в сумку, и моему взгляду является нечто знакомое. Золотистое платье-мини. Униформа клуба «Gold».Шитое на заказ для миниатюрной барменши. То самое, которое я тогда с нее срывал…

Мой организм тут же откликается на хранящую воспоминания вещицу. Однако... Непонимающе кривлю губы, распрямляя платье. Рвано. В душу закрадывается неприятное чувство. Это ведь не я сделал? Вроде я тогда не настолько перебрал…

Зачем-то заглядываю внутрь платья, и руки непроизвольно вздрагивают. Внутри ткань немного светлее, чем снаружи. Поэтому там отчетливо проявляются кровавые пятна. Буквально все платье в крови! Что за...

Забыв, зачем вообще пришёл в эту комнату, возвращаюсь в свою. С грохотом открываю дверь в ванную. Зачем-то сжимаю перед собой окровавленное платье и с ходу задаю вопрос:

— Какого числа ты попала в аварию?

— Что? З-зачем...

— Ответь!

— П-пятого. Декабря. Мне сказали, что меня рано утром привезли в больницу.

Мне нечего сказать…

Я беседовал с бухгалтером, и обнаружил не хилую дыру в бюджете, в очередной раз организованной моей сестрой, после того, как я начал контролировать ее карманные расходы. Но не деньги так расстроили, заставив охмелеть человека, который обычно не ощущает градуса. После недолгих изысканий и пары звонков старым знакомым, я узнал, на что моя сестрица спускает деньги. Дурь."

"Мой отчим — отец Ларисы, сторчался. И мы оба знали, что ее ждёт, если она не прекратит. Но как помочь ей, я не знал. Вот и перебрал, пока раздумывал.

Пятого декабря.

А потом сдуру тронул ту, которой планировал втихаря восхищаться. Издалека. Не прикасаясь. Но я ведь животное.

Не зря у меня было ощущения, что я причастен к ее боли.

Рано утром... Значит, это она от меня так сбежать хотела, что...

Дьявол!

Нечто, напоминающее чувство вины скрутило органы в тугой узел. Зачем оставалась так безропотно, если боялась меня? Я же не маньяк какой! Почему не отказала?!

Поднимаю взгляд на Аню. Влажные пальчики судорожно сжимают какую-то мокрую тряпку, явно желая спрятать обнаженное тело от недобрых глаз. Моих недобрых...

Хватаю с крючка большое полотенце. Подхожу ближе и сгребаю девчонку в охапку. Несу в ее комнату.

— Знаете, я бы... хотела уйти. Лариса говорила, что я не стану обузой, но...