Мафиози и его мальчик (СИ)

Яр молчал секунду, а потом резко шагнул к нему и, поймав за подбородок, поцеловал в губы, сильно и без спроса, пробиваясь внутрь, так что тело Андрея задрожало перетянутой струной.

- И не надо, - сказал он, резко отстраняясь. – Просто не забывай.

***"

"Весь путь до дома Андрей проделал будто в бреду. Его шатало, и в голове стоял такой шум, будто звенели, раскачиваясь, тысячи колоколов.

Рита ждала его в его же квартире.

- Ну как? – спросила она.

Андрей только качнул головой. Они попили чаю, он успокоился немного, и стали ложиться спать – Рита в гостиной, Андрей в своей кровати.

Два дня от Эдуарда не было слышно ничего, а потом Андрей нашёл в ящике письмо, написанное знакомым летящим почерком:

«Передайте Ярославу Игнатьевичу мои извинения. Наше недопонимание разрешено».

Радости не было. Напротив, нахлынула злость. Андрей ударил по ящику так, что прогнулась сталь. Ещё раз и ещё. А потом резко выдохнул, достал зажигалку, поджог письмо и бросил его в урну для бесплатных газет.

Вечером того же дня он отправил Рите букет из двадцати пяти роз, красных и белых вперемешку. Рита отзвонилась тут же, едва получила подарок, с вопросом:

- Ты что, свихнулся, Журавлёв?

- С наступлением весны.

Андрей повесил трубку. На дворе стоял холодный ноябрь.

Он заказывал цветы каждые три дня, решив, что дарить их каждый день - значит уменьшать ценность подарка. По субботам приглашал её в рестораны – не в те, куда водил его Яр, а в новые, где бывала в основном молодёжь. А в декабре, когда у Риты был день рожденья, расписал снег под её окнами коротким посвящением: «Самой тёплой девушке самой холодной зимой. Рита, ты выйдешь за меня?»

Андрей неожиданно для себя самого обнаружил, что ему нравится это всё – выбирать цветы и рестораны, заказывать песни на радио и звонить ей по вечерам, спрашивая, как прошёл день и что она делает сейчас. Он чувствовал, что управляет лодкой, в которой плывёт. Будто прорвался наружу, разбивая вдребезги лёд, чистый поток, который до сих пор оставался заперт где-то на дне его души.

Рите тоже нравилось, хотя она и не была из тех, кто любит бриллианты и красивые жесты. Она улыбалась - тепло и насмешливо, и всё чаще целовала его в ответ – мягко, без нажима, позволяя взять себя, а не пытаясь захватить. Новогоднюю ночь они провели вместе - и в первый раз оказались в одной постели, а четырнадцатого февраля она ответила «Да».

Но прежде, в день рождения Яра, который они с Андреем не праздновали никогда, случилась ещё одна вещь – Андрей, повинуясь внезапному порыву, нанял человека, чтобы выяснить, где находится участок земли, принадлежавший матери Ярослава. Для него самого этот огрызок леса был символом того недолгого счастья, которое было у них с Яром на Байкале.