Мафиози и его мальчик (СИ)

- Говори, что хочешь сказать, - процедил он вслух.

Но Андрей только покачал головой.

- Ничего не хочу, - сказал он устало. – Делай со мной что хочешь. Мне уже всё равно.

- Ты устал. Дорога была долгой.

- Не знаю. Может быть. Можно, я пойду?

Яр кивнул, но отпускать Андрея не хотелось, и он ещё какое-то время удерживал его в руках, прежде чем разомкнуть объятья.

Когда за Андреем захлопнулась дверь, Яр потянулся за мылом и стал торопливо намыливать голову, а заодно и плечи. Он ожидал, что когда выйдет, Андрей окажется в том номере, где ещё не было Яриковых вещей, на первом этаже. А значит, придётся либо ложиться спать без него, либо силой тащить к себе. Как оказалось, Яр ошибся – Андрей лежал на выбранной Яром кровати, подтянув под себя колени, и щёлкал пультом от телевизора.

Яр подошёл и сел рядом с ним. Кровать скрипнула, принимая в себя тяжёлое тело, но выдержала. Яр подумал и, устроившись поближе, положил руку Андрею на шею."

"Тот тут же отложил пульт и устроился поудобнее, опустив щёку Яру на плечо.

- Извини, - буркнул он тихо, и Яру самому стало стыдно. Мгновенно исчезли одиночество и холод, и хотелось только стать к Андрею ещё ближе, проникнуть в него всем существом.

Андрей явно ощутил этот позыв, потому что положил ладонь Яру на промежность и погладил, нащупывая затвердевающий член.

Яр поймал его подбородок и, приподняв чуть-чуть, поцеловал – неторопливо и вдумчиво, дегустируя вкус сладких губ, которые не мог бы сравнить ни с чем, что пробовал до знакомства с Андреем.

«Кто бы мог подумать, что в моей жизни его станет так много…» - мелькнула в его голове мимолётная мысль и тут же растворилась в волнах блаженства, разбегавшихся по животу.

Яр отпустил подбородок Андрея и тоже, нащупав его член, стал поглаживать, стараясь попасть в такт движениям любовника.

Всё было так неторопливо и сладко – две руки двигались, то обгоняя друг друга, то снова замедляясь в попытке сравняться. Пальцы скользили вниз, исследуя мягкий мешочек мошонки, и убегали вверх в непреодолимом порыве приласкать целиком, огладить рельефный живот, трогательно отзывавшийся на прикосновения. И в то же время волны наслаждения продолжали скользить по обоим телам. Всё было так неторопливо и сладко, что Яр не заметил, как тугой комок, набухший внизу живота, стал невыносимо тяжёлым и взорвался, изливаясь в пальцы Андрея – и тогда только обнаружил на своих собственных пальцах тёплую влагу.

Он замер, продолжая удерживать Андрея за плечи одной рукой. Андрей потянулся и тоже обнял его поперёк живота.

Какое-то время оба молчали, не желая вырываться из недолгой близости, которая накрыла их с головой. Яр вслушивался в шум редких машин, шуршавших колёсами за окном.