Его М.Альвина (СИ)

 – Я прямиком пойду домой и никуда оттуда не денусь, так что можешь не переживать.

Чувствую, как начинает закипать мое спокойствие, которым я напиталась за время отсутствия Данила в квартире. Набираю в легкие воздуха, чтобы высказать свое весьма неодобрительное мнение по этому поводу, но еще одного шага вперед хватает, чтобы проглотить свои же рвущиеся наружу слова. Потому что вижу перед собой дико уставшее лицо с измученными, абсолютно блеклыми глазами, окруженными четкими темными кругами. А я ведь видела Данила другим. Буквально этим утром, правда, на фотографиях в социальной сети.

Видимо, я слишком пристально рассматриваю своего соседа, потому что широкие брови на мужском лице приподнимаются в немом вопросе.

– Да, сейчас… Ключи в сумке, – бормочу себе под нос и иду к окну, на котором бросила свои вещи.

И ощущаю себя так неловко, когда спиной чувствую, как внимательно следят за моими движениями.

– И что? Даже не будет возмущений? Просто отдашь ключи? – усмехается Данил, пока я копаюсь в бездонной сумке в поисках.

– Если ты не явишься домой до того момента, когда я приду с репетиции, то пеняй на себя, – предупреждаю я.

Не буду же сообщать, что на самом деле меня дергает от любопытства, где же пропадало Его Величество, и что за это время периодически выжидающе поглядывала на входную дверь квартиры.

– Обещаю, что точно буду ждать тебя там.

– Ага, как верный пес…

– Гав, – низкий смех раздается так близко, что кожа у моего виска покрывается горячими мурашками.

Я подпрыгиваю на месте, роняю обратно сумку на окно и оборачиваюсь. А мое сердце подскакивает куда-то к горлу. И даже не знаю, отчего больше: то ли оттого, что испугалась, то ли потому, что вписываюсь телом в грудь Данила. Этот засранец подкрался ко мне так близко, что замечаю едва пробивающуюся щетину на широком подбородке.

Не понимаю, как он может до сих пор окружать себя ароматами своего парфюма, если его почти двое суток не было дома. Один вдох и этот аромат предательски липнет к кислороду в моих легких.

От прямого, прожигающего взгляда Данила начинает закипать кровь, становясь испариной на моей коже. Задержавшись на моем лице, его взгляд перескакивает куда-то за меня, а полные губы расплываются в довольной улыбке.

– О, вот и ключики. – Легко нарушая любые понятия о личных границах, Данил наклоняется вперед, сокращая расстояние между нашими лицами на мизерное.

Одновременно чувствую, как он заводит свои руки мне за спину, начиная тянуться к брошенной на подоконнике сумке. Чувствую, как его дыхание касается моего лица и как мои ноги становятся пластилиновыми. Я не дышу, потому что моё тело напрочь забывает обо всех своих навыках, оставляя лишь один – дрожать.