Его строптивая любовь (СИ)

Подумала о сумасшедшей силе этой парочки, о только что восстановленной Академии, пожалела нашего с ней труда и рявкнула: «На полигон! Оба!»

Мужчины замерли и очень, очень удивлённо на меня посмотрели, кажется, позабыв о разгорающемся конфликте.

Ну да, не привыкли, когда дамы командуют. Но это они пока. Тёмных леди не так много, парни ещё неопытные, да и я только делаю первые шаги в общении с мужчинами и овладении собственного дара управления голосом. Нам всем предстоит сделать немало открытий.

Всем выжившим, конечно. Если рыжик будет так нарываться, за него не поручусь. Но и жалеть не стану, сам виноват.

Сделала шаг в сторону, позволяя Рагнару беспрепятственно выйти из моих комнат, а затем мягко и нежно произнесла: «Уважаемые господа, прошу вас беречь стены Академии». Дождавшись, когда они осознают, что пекусь я вовсе не об их жизнях и здоровье, добавила совсем другим тоном: «Или вас в эти стены и закатают!»

«Алессаль, ты хотя бы сообщи, что это мысли Академии, а не твои», — дал совет шокированный Огонёк.

«Ой!» — пикнула, смутившись.

— Кажется, это всё, что вам передала Академия, — проговорила, обращаясь к обалдевшим дуэлянтам, и захлопнула дверь. Затем не выдержала, выглянула. Мужчины стояли, не шелохнувшись. — А вообще, Маро, ты чего приходил–то? Тебя мама прислала?

— Э-э. Ты про ту… — Маро бросил взгляд на Рагнара и, нерешительно покусав губу, продолжил: — Мне очень нужно с тобой поговорить, Алессаль. Без свидетелей. Это важно.

Сказать, что меня смутило поведение Маро — ничего не сказать. Дерзкий и наглый, самоуверенный до крайности, язвительный, склонный к конфликтам — таким он показался мне при первой встрече. И при второй тоже. Что же сейчас заставляет его нервничать?

— О приватном разговоре не может быть речи, — сказал, как отрезал, Рагнар. — Ты не останешься с ней наедине.

Маро и ухом не повёл. Смотрел лишь на меня, ждал лишь моего решения. Словно у него была возможность обеспечить нам приватный разговор против воли ревнивого дракона.

Только решения у меня не было. В отличие от сомнений.

Мало ли, на что способен рыжик. Вдруг он сейчас в образе эдакого своего парня, но стоит мне расслабиться, превратится в коварного и хитрого врага? Нет, я не могу ему доверять, даже зная, что он тёмный. А, возможно, именно поэтому.

Рагнару я доверяла, но тоже не бесконечно. Особенно тревожила его уверенность, что мы будем вместе. Будто у меня нет права голоса и будущее целиком и полностью предопределено. Он вёл свою игру и, несмотря на то, что защищал меня и оберегал, руководствовался собственными далеко идущими планами, вполне вероятно, сильно отличающимися от моих.