Его строптивая любовь (СИ)

А что? У меня тоже характер — не сахар, то есть половина требований к любой должности уже соблюдена.

Мы расхохотались, но смех стих почти сразу — на террасе появился Маро. Его фигура вырисовалась из воздуха тёмным дымом, уплотнилась, а затем налилась красками.

— Добрый вечер, дамы, — с поклоном поздоровался он, открывая арку перехода точно на лестничную клетку, мы даже видели дверь в Танину квартиру. — Пожалуйста, проходите. У нас мало времени.

— Вы меня тоже заберёте? — спросила подруга, вцепившись в мою руку и не отпуская её даже когда открывала дверь.

— Без проблем. Собирайте вещи, только быстро.

— Таня! — донеслось из кухни, и под звуки падающих табуретов появились родители подруги.

— Ой, а чего вы здесь? — в своём репертуаре удивилась та.

— Как, чего? Как, чего? — возмутилась мама. — Дочь уезжает чёрт знает куда! Ой, а вы не человек, да? — увидела Наталья Григорьевна глаза Маро, который, в отличие от моего папы, и не думал менять внешность и переодеваться, был в иномирной одежде, ещё и с заплетёнными в боевые косы волосами.

— Не человек, конечно. Я — дядя… Тебя как здесь зовут? — уточнил он, вызвав шок у родителей подруги. Они–то явно думали, что он какой–нибудь ролевик или актёр, и без лишней скромности уточнили, кого изображает знакомый дочери, а тут столь внезапный ответ.

— Алеся, — напомнила я.

— Прошу извинить. У моей любимой племянницы в каждом мире разное имя, — продемонстрировал хорошие манеры мой любимый дядюшка, но лучше от этого родителям Тани не стало.

Танька кашлянула, бросила взгляд на рыжика и поводила ножкой по полу, изображая смущение.

— Я родителям не говорила, куда именно собираюсь, — тоном кроткой овечки призналась она, но покраснеть не смогла, как ни тужилась.

— Да уж, — отчеканил отец девушки. — И прощаться с нами, видимо, тоже не собиралась.

Маро посмотрел на меня многозначительно, напоминая, что время дорого, но я лишь пожала плечами, не зная, как правильно поступить. Зато наши переглядывания верно оценила Таня.

— Мам–пап, ну что вы сразу обижаться? Да, я не хотела вам говорить, чтобы вы не волновались понапрасну. Что я вас не знаю, что ли? Напридумываете всякого. А я, между прочим, еду в крутой магический мир, буду в академии учиться.

— Чему? — деловито уточнил Николай Иванович, который всё это время больше разглядывал Маро и, видимо, прикидывал, не подшучиваем ли мы над ними.

— Чему–нибудь! Я не знаю, на кого смогу там поступить. Не получится, вернусь на Землю и буду дальше грызть гранит науки. Невкусный и неинтересный, — не забыла она напомнить родителям, что те заставили её поступить на выбранный ими факультет, а не туда, куда она хотела.

— Доченька, но мы ведь не сможем тебя там защитить и спасти, — простонала Наталья Григорьевна, заламывая руки.