Его любимая зараза (СИ)

И пофиг им будет, что выпить мы собирались как раз в их честь!

Нет, остается, конечно, самый нейтральный вариант — начесать лыжи в сторону личных покоев Агиларушки. Вот только он давно делит жилые квадратные метры с младшим наследником темноэльфийского престола. И из его же запасов, кстати, за сегодня уже четвертую бутылку уволок…

В общем, идти нам было особо некуда и незачем. Но принцип же!

А принципы нетрезвой, обиженной попаданки — это вообще, хаос, кошмар и разрушения.

И окружающих от полного ахтунга спасла только моя лень, трясущиеся ноги, темнота за окном, да двоившаяся картинка в глазах. Одной найденной свечи для полноценной работы отчаянно не хватало, и вскоре плетение охранного заклинания запуталось в моих руках окончательно, нежели поддался хоть немного.

И тогда, потеснив Агилара на его мягонькой, изрядно побледневшей к тому времени «подстилке», я принялась горланить песни.

Увы, заунывное, депрессивное нытье этот чертов пофигист не поддержал. Но «Короля и шута» мы весьма неплохо поорали дуэтом. Из тех песен, которые, естественно, я на нетрезвую голову сумела вспомнить, а он вообще знал.

— Пускай круто, меня зано-о-осит, душа чуда, еще про-о-осит, — обновили мы свой репертуар треком группы Би-2. — Что в Иркутске, что в Норильске, какой русский, не пьет виски!

— Я, конечно, смутно помню, что такое виски, — послышался вдруг смешок со стороны входной двери. — Но что кто-то русский успел хорошо нализаться — это уже данность.

— О! — почему-то обрадовалась я, услышав знакомый голос. Но поднять голову, дабы убедиться, казалось совершенным кощунством по отношению к самой себе. — Явление предателя Родины народу!

— Слышь, Родина-мать, — в поле моего зрения показались знакомые сапоги, и сверху вниз на меня посмотрел ухмыляющийся золотой дракон. — Это когда я тебя предать успел?

— Да только что! — честно выдала я. — Еще недавно «мое солнце и звезды» была, а теперь незыблемое «слы-ы-ышь»! А мы ведь вроде не десять лет в браке, Архан. Чё ты злой такой, а?

— У-у-у, — изумленно присвистнул дракончик, полное имя которого я сейчас не смогла бы выговорить даже в мыслях. — Этому столику больше не наливать. Давай, вставай, Лесёнок. Пойдем, уложу тебя в кроватку.

— Не-не-не, — взбрыкнула я, и даже умудрилась сесть каким-то чудом, даже без посторонней помощи. — Тварь я дрожащая или право имею?!

— Лесь, ты чего? — окончательного припух золотой дракон, который, вроде, в любых состояниях (и нестояниях) имел сомнительную честь меня видеть. Но наезды в свою сторону явно слышал впервые! — Перепила?

— Немного, — призадумавшись, уверенно кивнула. — Но мыслю ясно, как никогда!

— Я так понимаю, — послышался вдруг еще один мужской смешок, уже гораздо более усталый.