Его любимая зараза (СИ)

Еще бы — паранойя Князя уже стала притчей! — Они ж опасные. Могут укусить и всё такое.

Согласно подхихикивая, мы принялись осторожно прощупывать ближайшие кусты. Но без огонька, так сказать, без задора. Кое-какие следы и гнезда мы и вправду обнаружили, но, как и ожидалось, это были скорее мелкие вредители из рядов нежити, чем что-то относительно интересное.

И тут раздался он. Негромкий, низкий рык!

— А вот это уже любопытно, — у подруги аж загорелись глаза, да и у меня, признаться, тоже.

Заговорщицки переглянувшись, мы дружно поползли в сторону волнующих звуков и шевелящихся веток. Однако не успели даже толком приблизиться, как раздалось «страшное»:

И на свет, как черти из табакерки, выпрыгнули два вечных приколиста и баламута. Они же Глен и Кокс, собственными вредными персонами!

На что черный сокол отреагировал тут же — долбанул твердым клювом одного из них в нос.

— Ай! — взвыл бедняга Глен, аж приседая. — За что?!

— За всё хорошее, — складывая руки на груди, усмехнулась Лютеция. — Так вам и надо. Это было не смешно!

— Мы надеялись на что-то серьезное, — добавила я, поглаживая взъерошенную птичку. — А тут вы. Нашли кого-нибудь?

— А мы что, вам не интересны? — состроив обиженные глазки, побитый моим стражем Глен попытался приобнять магичку за талию. — Совсем-совсем?

— Мы же лучше нежити, правда? — кося под котика из Шрека, делая вид, что обнимает меня, добавил Кокс. Распускать руки на самом деле он уже давно не пытался, после того, как один раз попробовал, и брачные браслеты от всей души долбанули его молнией. — Ну, лучше же?

— Ну, как тебе сказать… — протянула я, скосив глаза на прищурившуюся Лютецию.

Девушка понимала меня с полуслова. И, переглянувшись еще разок, мы дружно ухватили парней за руки, и провернули нехитрый, недавно освоенный на боевке прием. Маги грохнулись на землю!

Правда, мы чуть-чуть не рассчитали местный ландшафт и высокую влажность травы. Парни не просто шмякнулись, но еще и полетели кубарем по небольшому уклону, ухитрившись в последний момент зацепить и нас.

Эпичной матюгающейся кучкой мы влетели прямо в заброшенный пруд!

К счастью, глубина его не позволяла расшибиться о дно, выложенное мелкой галькой, но и не давала утонуть — Люц, например, плавать не умела

— Тьфу, — вынырнув, я зло выплюнула мутную и неприятно пахнущую воду, забившуюся в нос. — Да что б вам дети под старость лет такое делали!

Вставшая рядом де Ателье и вовсе промолчала, но глаза ее метали молнии. Водица-то оказалась не только вонючей, но и холодной!

— А мы что? Мы ничего! — невинно улыбаясь, в голос гоготали мокрые, но довольные парни.

И тут раздался чей-то громкий визг:

— Осторожней, в воде танива!

Честное слово, я даже не поняла, успела ли я испугаться, только повернулась лицом к пруду, наверное.