Лишний_в_его_игре

Вижу, что Хмурю он не по душе, как и мне. Но когда мама интересуется, как нам суп, мы нахваливаем его наперебой. Наверное, даже чересчур. Мама переводит подозрительный взгляд с меня на Хмуря и спрашивает:

— Что это с вами сегодня?

— Ничего! — хором отвечаем мы.

За ужином хвастаемся своими школьными успехами — будто пиписьками меряемся. А все эти наши фразочки?

— Данил, будь добр, передай, пожалуйста, соль!

— Ярослав, тебя не затруднит передать соусницу?

— Соус руй просто восхитителен!

— А суп великолепен! Теперь я понял, какое у меня любимое блюдо!

Мама изучает нас все настороженнее:

— Какие-то вы сегодня оба странные. Что на вас все же нашло?

Мы усиленно делаем вид, что не понимаем, о чем речь. Строим честные глаза.

— Скоро майские праздники. Мам, может, поедем с тобой в Плес? — предлагаю я."

"Это было раньше нашей семейной традицией. Ездить в Плес на майские в один и тот же пансионат, гулять по окрестностям, плавать по реке на теплоходе, есть углы с лещом. Мне это безумно нравилось, пока мне не исполнилось лет двенадцать и я не понял, что ездить с мамой в пансионат — не круто.

— Отличная идея! — Как я и думал, мама приходит в восторг.

Хмурь сидит грустный, смотрит на маму с надеждой — может, она позовет и его? Но как я и ожидал, мама ему не предлагает. Это только наша традиция. Я ликую. Мне удалось поставить Хмуря на место.

Мама выходит из-за стола, чтобы принести еще сухариков для супа. В это время я наклоняюсь к Хмурю и злобно шепчу:

— Ну что? Усек, что ты здесь никому не нужен? Или слишком тупой и нужно все разжевывать? Вали обратно в свое гетто!

Хмурь подавлен и растерян. Неужели действительно сейчас встанет и уйдет?

Мама возвращается. Воодушевленно строит план поездки. Говорит, что, раз уж мы будем недалеко, хорошо бы заехать и в Кострому, в музей деревянного зодчества — там мы раньше не были. Рассуждает вслух: надо бы позвонить в пансионат забронировать номер, а еще поискать маленький зеленый чемодан, который она уже пару месяцев нигде не видела. Мы с Хмурем переглядываемся. Он уже не выглядит подавленным. Что-то придумал. Он переводит взгляд на маму, строит несчастные глаза и вдруг выдает:

— Всю жизнь мечтал побывать в Плесе.

Вот бы утопить его в супе де пуассон! Вот же хитрый говнюк!

Мама смотрит на меня, мысленно просит разрешения позвать Хмуря с нами. Игнорируя это, я вкрадчиво спрашиваю:

— И что же ты больше всего хочешь там увидеть, Данил?

Я хочу его подловить и открыть маме глаза: он нагло врет и о Плесе услышал сейчас в первый раз. Но Хмурь не теряется и скромно отвечает:

— Променад. А еще панораму города.

— Да, набережная там очень красивая, — кивает мама. — И вид с горы Левитана действительно невероятный…

Я киплю от злости.