Его личная звезда. Дилогия

- У тебя теплые полы, - негромко отозвалась она, продолжая наблюдать, как Богдан тренируется.

Удар. И ещё один удар.

Остановился.

Развернулся к ней.

Посмотрел, прищурившись.

- И что дальше? - с вызовом спросил он, уперев руки в бока и расставив ноги на ширине плеч. От всей его огромной фигуры исходила некая вибрация, проникающая в кровь Ириды.

Девушка пожала плечами.

- Ничего. Вот сижу, смотрю, как ты тренируешься, - она старалась говорить спокойно, хотя всё внутри обливалось кровью.

С её глаз, с её сердца сорвали завесу. Она видела, что с Богданом происходит неладное, что его всего потряхивает от сдерживаемых эмоций. Она прекрасно понимала, почему нашла его именно в тренажерном зале, он пришёл сюда, чтобы выплеснуть негатив. Боксерская груша всё стерпит.

Приглушенно выругавшись, Богдан сделал несколько шагов в её сторону. Остановился.

Ирида запрокинула голову, чтобы иметь возможность смотреть ему в лицо. Сейчас оно напоминало непроницаемую маску. Но как долго Богдан сможет эту маску удерживать?

Сердце подсказало - не долго."

"- И что... - вот и пришла пора сбрасывать маску. Богдан начал говорить, потом резко оборвал себя, шумно сглотнув. - И что ты видишь?

- Тебя. Злющего, - Ирида улыбнулась сквозь предательские слезы, всё-таки застлавшие глаза. - А люблю смотреть на тебя доброго.

Богдан вздрогнул и нахмурился. Открыл рот, собираясь ответить, передумал. Подошёл к ней ещё ближе и опустился на корточки. Осторожно, двумя пальцами приподнял ее подбородок и негромко выдохнул:

- Почему?

Кажется, этот вопрос сегодня очень актуальный.

- Что ""почему"", Богдан? Почему я такая глупая? Или почему я не рассмотрела тебя раньше? Или почему я придумала любовь к Кириллу? Какой вопрос тебя больше интересует?

Темно-синие глаза медленно превращались в черные.

- Звезда, я дал тебе возможность уйти. Почему ты не ушла?

- А надо было?

Ирида неловко поменяла позу, встала на колени. Теперь их лица были на одном уровне. Она подняла руку, с удивлением отметив, что та подрагивает, и дотронулась до щеки Богдана, на которой уже проступила однодневная щетина.

Он ничего не ответил.

Просто смотрел на неё.

И всё.

- Богдан, - простонала Ирида и подползла к нему ещё ближе, так чтобы их тела при каждом вздохе соприкасались. - Ну что ты хмуришься? Перестань. Не надо... И прекрати злиться, пожалуйста... Правда, прекращай, а?

Она не заметила, как слезы заструились по её щекам. Это были слезы облегчения. От того, что всё разрешилось. От того, что всё встало на свои места. Её чувства. Её жизнь. Её отношение к мужчинам. Закончились нелепые метания, ушли прочь сомнения.

Остался он. И она. Рядом с ним.

- Я… - кажется, не только у неё возникли проблемы с речью. - Я, думал, ты уйдешь... За тобой же прилетел Истов. Ты вон как рвалась к нему.