Его личная звезда. Дилогия

- Ты не будешь спрашивать, как я сюда попал и что делал? - Богдан был вынужден нарушить затянувшееся молчание первым.

Иначе, сорвется.

Иначе, вопьется в розовые губы своим жадным ртом.

Иначе, сожмет вызывающе торчащий холмик груди, и все его благие намерения полетят в Черную Бездну...

- Захочешь - расскажешь, - хрипло ответила Ирида, не узнавая собственный голос.

- И ты так же не будешь спрашивать про мою боевую ипостась?

Оказывается, вот как это называется. Ирида запомнит.

- Захочешь - расскажешь, - снова ответила она.

Богдан тихо, гортанно рассмеялся.

- Моя девочка...

- У меня... У меня другой вопрос, - Ирида всё же не сдержалась и решила воспользоваться ситуацией. - Можно?

- Тебе - да.

Правильно сделанный акцент давал скрытое преимущество.

- Если бы ты не провел последние четыре года на Йетлэ, ты бы... - Ирида запнулась. Оказывается, озвучить слова оказалось труднее, чем предполагалось. - Ты бы проявил свой интерес ко мне ранее?

Темно-синие глаза стали практически черными.

- Ирида, поверь, если бы не некие долбанные обстоятельства, заставившие меня покинуть Аром на долгих четыре года, я бы ни одного мужика не подпустил бы к тебе ближе, чем на метр! Ни одного! Ты должна была принадлежать только мне, звезда! Только мне! И твой детский страх давно бы прошёл! И не было бы в твоей жизни никакого Истова!

А вот Кира вспоминать не стоило. Как только Богдан напомнил о бывшем возлюбленном, тело Ириды напряглось, одеревенело. На лице проскользнули боль и сожаление.

Ладони Ириды уперлись в грудь Богдана.

- Мне больше ничего не угрожает. Слезь с меня, пожалуйста, - слова дались ей с трудом.

Богдан, грязно выругавшись и оттолкнувшись руками от мягкого пола, вскочил на ноги. Его прерывистое, тяжелое дыхание резало воздух вокруг.

Ирида поднялась на ноги не так быстро и ловко.

- Проклятье, Ирида!

- Богдан, не надо.

Они оба понимали, о чем она просит.

- Нет, надо. Я хочу поговорить о Кирилле Истове. Здесь и сейчас!

Он не просил, он приказывал.

Ирида, облизнув пересохшие губы, с сожалением подумала, что иллюзия взаимопонимания между ними длилась недолго.

- Хорошо. Давай поговорим.

Она смотрела на него спокойно, не пыталась отвести взгляд, хотя и чувствовала, как в области груди зарождается легкий страх. И снова с сожалением подумала, что абсолютно не знает мужчину, в чьей власти с недавних пор находится её судьба.

Пока он был с ней ласков. Относительно. А что будет с ней дальше, если выяснится, что Славинскому свойственна агрессия, и он не видит ничего зазорного в том, чтобы ударить женщину, считая, что подобным образом вразумляет её?

Ирида нервно сглотнула. Какая же она глупая... Глупая и неразумная. Жила, пребывая в непонятном иллюзорном состоянии, и не замечала элементарных вещей. Совершенно не подготовлена к жизни.