Его кексик (ЛП)

А возможно потому, что она постоянно защищала меня от тех придурков-неучей, что не давали мне проходу. Так или иначе, она мне безумно нравилась. Полагаю, по той же непостижимой причине, по которой люди, несмотря ни на что, продолжают любить своих своенравных кошек.

Ты поточила коготки о мою подушку, потому что я задержалась допоздна на работе?

Ты решила пописать возле мусорного ведра, хотя я только что помыла пол?

А может, опрокидывая мой бокал с водой на пол в десятый раз за эту неделю, ты просто хотела убедиться, что закон земного притяжения до сих пор работает?

В этом они были похожи с Лилит.

Ну, за вычетом — не буду к ней слишком строга — туалетных привычек.

В глубине души, где-то очень-очень глубоко, я знала, что она нуждается, как, впрочем, и все остальные люди, в безусловной любви. Мне нравилось, с каким усердием она притворялась, делая вид, будто ей это вовсе не нужно.

— Я же сказала, хватит! — рявкнула она со свойственным ей хладнокровием. — Я вижу краем глаза, как ты лыбишься. Меня сейчас стошнит.

— Ничего не могу с собой поделать. Это все осень, — сказала я нараспев, отчасти потому, что знала — любое внешнее проявление счастья действует на Лилит подобно криптониту (прим. вымышленное кристаллическое вещество, испускающее особую радиацию, которая ослабляет силу Супермена).

— Ладно, — поморщилась подруга. — Но тогда те мерзкие существа, что ты пытаешься вырастить на кухне, скоро умрут.

— Растения, Лилит. Их называют растениями. Мне не хочется тебя огорчать, но так как они в доме, то, вероятней всего, выживут.

— А если какой-то несчастный случай? — она не отрывала взгляда от дороги, но мне показалось, что я заметила, как в ее глазах вспыхнуло предвкушение, когда ее мысли закрутились вокруг планируемого «убийства».

— Как можно не любить комнатные растения?

— Они воняют.

— Ничего себе! — с благоговением выдохнула я, ткнув пальцем в сторону установленного на обочине рекламного щита. — Тыквенный латте с пряностями!! Мы уже на полпути к октябрю, а я еще не выпила ни чашки. Мы просто обязаны это сделать. Ну пожалуйста, Лилит!

— Тьфу на тебя, — окинув меня уничижительным взглядом и нимало не беспокоясь о проносящихся мимо автомобилях, она какое-то время угрюмо пялилась на меня.

На моем лице застыла нервная улыбка.

— Дорога… — тихо напомнила я.

Лилит с небрежной ленцой перевела взгляд на дорожное полотно.

— Она никуда не денется.

— Технически, нет. А вот мы можем, — я наклонила голову, чтобы взглянуть на спидометр. — Все-таки... почти девяносто, — криво усмехнулась я, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Я была почти уверена, еще пара секунд... и мы, слетев с трассы, попадем прямиком в огненные объятия смерти. Но я не могла помереть так рано. Мне еще многое предстояло сделать.