Его игрушка

Мягкие штаны сидели возмутительно низко, еще чуть-чуть и можно увидеть мистера Джейсона Сторна, того, который ниже пояса живет. Я тихо вздохнула, залипая на его руки, крупные и сильные, и Джейсон резко поднял глаза, поймав меня за подглядыванием. Видимо, вздохнула я все-таки громко.

— Скоро будет ужин, — чуть дрогнувшим голосом предупредила и вернулась на кухню. Я приложила ладонь к пылающим щекам, затем принялась с усилием рвать салатные листья. Кажется, мы поменялись ролями — теперь я сексуально озабоченная дикарка. Даже оделась слишком уж откровенно для женщины, которая с мужем живет как с братом. Шорты у меня ультракороткие — это вещь Дэйдры, честное слово! — зато носки-гетры до середин бедра. Мне беречься надо — ноги в тепле держать. Но майку надела самую обычную, светлую, обтягивающую, без лифчика. М-да…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Сама не знаю, что со мной. Возможно, беременность так влияла, но, когда я не кручинилась относительно нашего с сестрой вранья, то мечтала снова оказаться в объятиях ее Джейсона. Сумасшедших, яростных, губительных объятиях.

— Помочь с ужином? — услышала практически над ухом. Он остановился за спиной, совсем близко. Его тепло волной прокатилось по коже, согревая изнутри, сердце согревая. Я закусила губы и выдавила:

— Спасибо, я почти все.

— А с каких пор ты готовишь? — вдруг поинтересовался Джейсон. — Не подумай, что я против, просто раньше за тобой тяги к домашним делам не замечал.

Вот он мой шанс. Разница, которую даже он заметил, хотя еще не понимает подвоха. Я резко обернулась, утыкаясь в обнаженную грудь — футболка, очевидно, так и осталась в гостиной.

— Когда в… мы, — тут же поправилась я, — поженились, мне было всего двадцать лет! Многое изменилось! — Сил на признание, точнее, смелости, я пока не нашла. — Хватит судить меня в давно прошедшем времени! — и добавила, отворачиваясь: — Ты меня совсем не знаешь.

— Я уже понял.

Я почувствовала жар ладоней, зависших над моими плечами. Джейсон так и не коснулся меня — держит обещание. Мы оба страдаем от отсутствия близости, но терпим. Он хотел доказать мне, что, живя вместе, я могу быть свободной в выборе (верность не оговаривалась отдельно, но, уверена, мужчин я выбирать себе не могла). Я же желала поверить, что Джейсон может быть человеком и мужем.

— В холодильнике есть домашний лимонад, — сказала, нарушая молчаливое напряжение, звеневшее между нами. — Хочешь?

— Очень хочу.

Сказано со смыслом? Или это мне уже мерещится подтекст? У меня сладкая дрожь по телу разбежалась, истомой низ живота наполнился, а Джейсон ушел. Просто ушел. Налил в стакан лимонад и включил в гостиной баскетбол.