Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Нет, стойте, в обеих жизнях он хотел добродетельного Ши Мэя, а не этого хладнокровного демона Чу Ваньнина, который свяжет любого, кто его захочет, и утопит в грязи!

Еще ведь не слишком поздно бежать от этого брака?

Глава 15. Этот достопочтенный впервые видит такую брачную ночь 18+

Конечно, в этой ситуации сбежать со свадьбы точно не было решением проблемы. Ши Мэй все еще был здесь, поэтому, несмотря ни на что, Мо Жань не мог просто уйти.

Только вот… блять, призрачная покровительница браков, не слишком ли ты стараешься?

Мо Жань побледнел от гнева и усилий сдержать себя. В душе он кипел от негодования:

«Разве недостаточно просто наблюдать за свадебными обрядами? Это ведь наша брачная ночь! С чего ты, блять, взяла, что будешь смотреть, войдет ли моя флейта в его грот? Кроме того, здесь все трупы! Окоченевшие трупы! Какая, черт возьми, может быть брачная ночь?!»

Что касается лица Чу Ваньнина, то Мо Жань боялся даже посмотреть в его сторону. Он предпочел прикинуться дурачком и уставился на ковер под ногами. Ему очень хотелось схватить эту призрачную покровительницу браков, где бы она ни пряталась, и рыкнуть ей в лицо: «Эй, мамаша, ты не охуела? Тогда, может, покажешь мне свою дырку?»

Золотой мальчик и Нефритовая девочка мялись вокруг них, подталкивая в дальний конец зала.

Там стоял гроб, выкрашенный в ярко-алый цвет. Он был огромен, в два раза больше обычных гробов, и выглядел точно так же, как тот, который они выкопали раньше.

Чу Ваньнин просветлел лицом. Все выглядело так, как будто он что-то понял. Вскоре Мо Жань тоже догадался, в чем дело, и облегченно выдохнул. Конечно, у мертвых не может быть настоящей брачной ночи. Эта так называемая брачная ночь, вероятно, просто означала запечатывание в один гроб для совместного погребения, чтобы быть «вместе и в смерти».

Золотой мальчик и Нефритовая девочка подтвердили его подозрения:

– Невеста, пожалуйста, первой войдите в брачную комнату.

Чу Ваньнин расправил широкие рукава и с ледяным выражением лица лег в гроб.

— Теперь, жених, пожалуйста, пройдите в комнату невесты.

Мо Жань схватился за край гроба и озадаченно моргнул. Чу Ваньнин уже занял больше половины места внутри. Гроб, который выглядел довольно просторным для одного, для двух человек был тесноват. Забравшись внутрь, ему неизбежно пришлось лечь поверх расстеленной одежды Чу Ваньнина, ощущая кожей его сердитый взгляд.

Золотой мальчик и Нефритовая девочка встали у гроба и снова запели — это была та же жуткая, но печальная элегия, что и раньше:

В водах Белого Императора волны сверкают и светятся,

Духи уток-мандаринок, приветствуя вас, несут цветы.

В этом гробу соединятся двое.

В этом святилище будут лежать двое.

Желание в жизни реализуется в смерти.

Отныне двое пойдут под небесами.