Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

В этом хаосе чувств он уже сдернул с Ши Мэя верхнюю одежду и разорвал пояс. Его рука скользнула внутрь и погладила гладкую, упругую кожу. Человек под ним содрогнулся от прикосновения, но Мо Жань еще плотнее прижал его к земле.

Он укусил Ши Мэя за ухо и прошептал:

— Будь послушен, тогда будет хорошо нам обоим.

— Мо Вэйюй!"

"— Ой-ой, почему так зло кричишь на меня? Ты слишком холоден со мной… — Мо Жань не смог сдержать улыбки, облизывая мочку уха Ши Мэя. Руки его тоже не бездействовали и потянулись прямо к талии.

Шестнадцатилетний подающий надежды осел из прошлого Мо Жань действительно значительно уступал в наглости тридцатидвухлетнему ослу-ветерану, которым он был сейчас.

Лицо этого человека становилось бесстыднее с каждым днем!

Ши Мэй был напряжен, Мо Жань чувствовал, как он дрожит. Тело под его руками было приятно подтянутым и стройным, каждая мышца дрожала, словно натянутая струна. Удивительное дело: казалось бы, такой нежный и хрупкий человек, однако мышцы его были пропорционально развиты и хорошо очерчены. Когда же Мо Жань добрался до внутренних одежд, его желания стали еще более необузданными, а последняя сдержанность просто растворилась.

Ши Мэй тоже наконец достиг предела своего терпения.

— Мо Вэйюй! Ты ищешь смерти!

Раздался громкий хлопок, и взрыв мощной духовной энергии отбросил его в сторону!

Мо Жань был застигнут врасплох. Не в силах избежать наполненного яростью потока энергии, он перевернулся в воздухе и ударился о скалу на другой стороне источника, чуть не подавившись хлынувшей горлом кровью.

Ши Мэй вцепился в свою грязную растрепанную одежду и отскочил подальше. Золотая духовная энергия неистово потрескивала в его ладони, искры летели, отражая ярость в его глазах.

От удара у Мо Жаня закружилась голова. Он смутно чувствовал, что тут что-то не так.

— Тяньвэнь[12.3], явись!

С гневным ревом Тяньвэнь ответила на призыв, и в руке Ши Мэя появилась золотая ивовая лоза. Божественное оружие полыхало яростным огнем, золотые всплески то и дело пробегали по всей длине, узкие лезвия листьев угрожающе кружились в воздухе.

Мо Жань был ошеломлен.

С каких пор Ши Мэй может вызывать Тяньвэнь?

Эта мысль даже не успела уложиться в его голове, как Тяньвэнь яростно набросилась на него. В этой порке не было никакой сдержанности: хватило пары безжалостных ударов, чтобы плоть разошлась и кровь презренного негодяя — Наступающего на бессмертных Императора — брызнула во все стороны. Если бы кто-то вроде Жун Цзю, пострадавшего от рук Мо Жаня, увидел эту сцену, то он бы, несомненно, рукоплескал и кричал: «Потрясающе! Сделай это снова! Избавь людей от этого зла! Делай это доброе дело каждый день!»

Под этим безжалостным шквалом жестоких ударов Мо Жань наконец пришел в себя.