Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Его ленивый и пренебрежительный взгляд вдруг стал острым и замер на лице Сун Цютун:

— Это костяная рабыня или прекрасная костяная бабочка?

В мире совершенствующихся существовало только две причины, по которым люди могли продаваться на торгах: они были или прекрасными костяными бабочками или костяными рабами.

Костяные рабы были потомками людей и демонов. Люди боялись их темной природы, поэтому, обнаружив полукровок, они уничтожали их истинную сущность, поставив между лопаток ограничивающее магию клеймо, и превращали их в слуг.

Но лишенные магии костяные рабы не представляли никакой особой ценности, поэтому не стоили дорого. Обычно их использовали в качестве прислуги в крупных духовных школах, или богатые торговцы покупали их для сексуальных утех. Палата Сюаньюань обычно не связывалась с такими второсортными товарами.

Кончено же, Е Ванси не стал лгать:

— Она — прекрасная костяная бабочка.

Наньгун Сы заинтересовался, обошел Е Ванси по кругу, подошел к Сун Цютун и придирчиво осмотрел ее так, будто разглядывал залежалый товар на прилавке. Наконец, нахмурившись, он спросил:

— Почему она хромает? Бракованный товар?

— Когда ее поймали, девушка была ранена, а перед торгами ее опоили наркотиком. Она еще не оправилась до конца, — Е Ванси немного помолчал, перед тем как сказать, — поэтому мы и не могли отправиться дальше и хотели остановиться здесь на ночь.

Наньгун Сы промолчал. Он прищурился, а потом внезапно наклонился к шее Сун Цютун и принюхался. Все его движения напоминали повадки дикого волка. Сун Цютун побледнела от испуга. Она замерла на месте, вцепившись в юбку, и, казалось, в любой момент могла потерять сознание от страха.

— Пахнет как обычный человек, — Наньгун Сы почесал нос и чихнул. — И еще какими-то благовониями...

Махнув рукой, он небрежно спросил:

— И сколько это стоило?

— Пятьдесят миллионов.

— Серебра?

— Золота.

Глаза Наньгун Сы ошеломленно распахнулись:

— Е Ванси, ты с ума сошел? Знаешь, сколько жерновов нужно расплавить, чтобы получить пятьдесят миллионов золотых. А ты купил мне женщину? Думаешь, деньги Духовной школы Жуфэн можешь тратить как свои?

— Я не тратил деньги школы, — чуть помедлив, ответил Е Ванси. — И она куплена не для тебя.

— Ты! — только остывший гнев вспыхнул вновь, и лицо Наньгун Сы стало похоже на оскаленную морду леопарда. — А ты хорошо устроился!

Он повернул голову к Сун Цютун, но чем дольше смотрел на нее, тем меньше ему нравился ее вид и особенно вуаль, закрывающая лицо. Зло зыркнув на нее, он приказал:

— Сними уже эту тряпку с лица.

Сун Цютун испугалась еще сильнее. Она вцепилась в рукав Е Ванси и сжалась у него за спиной. Ее голос звучал очень жалобно:

— Господин Е, я... я не хочу...