Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

— Целитель сказал что-нибудь еще?

— Больше ничего, — покачал головой Мо Жань.

В мутном свете свечи Чу Ваньнин пристально посмотрел на него и спросил:

— Тогда с чего ты вдруг начал биться головой о стол?

Мо Жань какое-то время молчал, но не сдержался. Он достал из рукава золотую заколку-бабочку и протянул ее на ладони:

— Я нашел вот это.

— ...

— У вас...

— ...

Заколка сияла золотом, но сердце Чу Ваньнина упало.

Он не должен был надеяться, что Мо Жань никогда не узнает. В конце концов, он не мог бесконечно скрывать эту тайну...

После долгого молчания они оба вздохнули. Наконец, Чу Ваньнин прикрыл глаза, собираясь признаться, но тут услышал, как Мо Жань тихо пробормотал:

— Учитель, младший брат Ся правда ваш сын?

— …

Чу Ваньнин молча открыл глаза, и кровь, которая, казалось, превратилась в лед, снова потекла по его венам. На мгновение он потерял дар речи и мог только молча смотреть на сложное выражение лица Мо Вэйюя. Взгляд Чу Ваньнина прояснился, и теперь вместо испуга в нем можно было прочитать так и не высказанное определение умственных способностей Мо Жаня — «идиот».

— Правда, — Чу Ваньнин поднял руку и взял заколку с его ладони. — Но я ведь уже говорил тебе об этом. Почему ты спрашиваешь снова?

Мо Жань закрыл лицо руками:

— Я просто… хотел быть уверенным...

Хотя Чу Ваньнин уже не раз утверждал, что Ся Сыни — его плоть и кровь, но Мо Жань не верил в это. Даже сейчас, пусть он и расстроился поначалу, но все равно не поверил и решил втайне расспросить Ся Сыни, когда они снова увидятся. Никогда в жизни он не поверит, что такое возможно!

Отдохнув еще немного, Чу Ваньнин смог подняться с кровати:

— Моя одежда... — он дотронулся до своего ворота и поморщился. — Почему она в таком беспорядке?

Мо Жань закашлялся.

Чтобы память не захватили отрывки сцен из прошлой ночи, он поспешил сменить тему:

— Учитель, вы голодны? Я слышал, что в этой гостинице очень хорошо кормят. Особенно хвалят лапшу из тофу[84.1]. Давайте, спустимся и попробуем? Я заплачу!

Чу Ваньнин холодно посмотрел на него:

— Из тех денег, которые тебе дал я?

Но все равно взмахнул широким рукавом, открыл дверь и пошел вниз по лестнице.

Блюда на острове Линьлин были похожи на те, что готовили в Янчжоу. Свежие, оригинальные и довольно сладкие, как раз такие нравились Чу Ваньнину.

К этому времени аукцион в Сюаньюань уже закончился, большинство зрителей и покупателей уже разъехались. Им подали обед в отдельной комнате, так что не было необходимости надевать плащи, чтобы скрыть свои лица. После того как они сели, служка принес им по чашке зеленого чая «Изумрудные спирали весны[84.2]», положил на стол меню и вышел.

— Учитель, выбирайте!

— Выбери ты. Я ем все, что готовят в Цзяннани[84.3], — Чу Ваньнин взял свою чашку и сделал глоток чая.