Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Но почему Бог Тысячи Оружий не смог сразу сказать, что у меня не одно божественное оружие из озера Цзиньчэн, а два? Тогда у меня возникли подозрения, но на кону был твой божественный меч, поэтому я предпочел не обострять ситуацию недоверием, но с тех пор внимательно следил за всем, что он делал во время нашего путешествия.

— Но… если это не  Гоучэнь Шангун, как он мог создать божественное оружие?

— Во-первых, тот факт, что именно  Гоучэнь Шангун создал все оружие в этом озере — всего лишь слух. Никто на самом деле не знает, почему в этом месте так много оружия, поэтому божественное оружие не обязательно было сделано Богом. Во-вторых, этот человек взял оружие из Божественного Арсенала, но никто не может подтвердить, принадлежало оно ему или нет. Более того, мы внимательно осмотрели оружие Сюэ Мэна и Ши Мэя — оно поддельное.

Мо Жань был потрясен:

— Поддельное?

— Да.

Мо Жань на мгновение застыл, с трудом выстраивая логическую цепочку, когда до него дошло:

— Тогда Цзяньгуй...

— Цзяньгуй — настоящее божественное оружие. Но этот поддельный Бог дал его тебе, преследуя какие-то собственные цели.

— Тогда что именно он хотел сделать? — спросил Мо Жань, с отвращением глядя на труп лисы на каменной кровати. — Сначала потратил так много усилий, чтобы заманить нас, а затем пытался сотворить эту мерзость. Что он хочет получить?

— Тебя.

— А?

— Все, что ты сказал, верно лишь наполовину. Только целью этой ловушки являемся вовсе не мы. В конечном итоге ему нужен только ты.

— Чего он хочет от меня? — Мо Жань сухо рассмеялся. — Я же просто дурак.

Чу Ваньнин ответил:

— Я никогда еще не встречал дурака, который мог бы сформировать духовное ядро в течение года.

Мо Жань собирался возразить, но ошеломленно замер, когда понял кое-что…

Чу Ваньнин только что… похвалил его?

Осознание этого заставило его сердце биться быстрее, и он уставился на Чу Ваньнина с открытым ртом. Прошло несколько мгновений, прежде чем Мо Жань медленно моргнул. Лицо, непроницаемым выражением которого он так гордился, слегка покраснело.

К счастью, Чу Ваньнин даже не смотрел на него, все еще бормоча себе под нос:

— Кроме того, Тяньвэнь и Цзяньгуй, кажется, имеют некую связь с той ивой во дворе. Ранее, в древних текстах, я читал, что когда Гоучэнь Шангун спустился в Царство Смертных, он принес с собой три ветки ивы из Небесного Дворца. Но эти тексты были неполными, и я так и не смог узнать, что именно  Гоучэнь сделал с этими тремя ветвями Небесной Ивы.

Он помолчал, прежде чем продолжить.

— Но если слухи верны, то Тяньвэнь, Цзяньгуй и это старое дерево во дворе на самом деле могут быть теми тремя ивовыми ветвями. Две — стали священным оружием, одна была посажена на дне озера Цзиньчэн, чтобы стать могучим защитником Божественного Арсенала.