Хаски и его Учитель Белый Кот, Том I

Все, что он проектировал, от спрятанного в рукаве метателя отравленных стрел до аварийных свистков, предназначалось для защиты чужих жизней. Чем быстрее он закончит сборку, тем больше людей избежит страданий и смерти.

Поэтому он никак не ожидал, что Мо Жань без колебаний выберет именно его.

Нахмурив брови, он поглаживал шип на когте, размышляя о том, как его улучшить, и не обращая никакого внимания на то, о чем говорили глава ордена и другие старейшины. Поэтому он далеко не сразу заметил, что гудящая от разговоров толпа вдруг подозрительно затихла.

В конце концов он отвел взгляд от когтя и с некоторым нетерпением и непониманием на лице поднял глаза.

И увидел лицо.

Ослепляющее почти так же сильно, как лучи полуденного солнца.

Красивый юноша, запрокинув голову, смотрел на него снизу вверх. Уголки его губ изогнулись в легкой ленивой улыбке, а на щеках виднелись очаровательные ямочки. От него веяло дымом незатейливого быта простых людей и простодушной наивностью. Пара наполненных жарким любопытством черно-фиолетовых глаз не мигая смотрела на него.

Этот юноша был новичком и не знал правил, поэтому стоял так близко, что это было почти грубо и неприлично.

Когда этот юноша так внезапно появился прямо перед ним, Чу Ваньнин вздрогнул. Словно обжегшись, он рефлекторно отступил назад, и его затылок с глухим стуком ударился о ствол дерева.

Юноша широко улыбнулся и сказал:

— Господин бессмертный, господин бессмертный, я так долго наблюдаю за вами, почему вы меня не замечаете?

Автору есть что сказать:

С каждым днем я все сильнее чувствую, что Корм для Рыбок Вэйюй похож на глупого хаски с одной извилиной, и то кривой, его же Учитель напоминает сдержанного и неприступного белоснежного самоеда с очень нежным сердцем.

Ах, мне вдруг захотелось изменить название на «Хаски и его Учитель Самоед».

Глава 27. Этот достопочтенный сделает миску лапши для тебя

У Чу Ваньнина закружилась голова.

Он винил лишь себя в том, что так увлекся, что забыл, где находится, и даже не заметил, как кто-то подобрался так близко.

Однако что происходит? Откуда взялся этот ребенок? Ах, подождите, возможно, это тот самый Мо… Как же его имя? Мо Шао? Мо Чжу? Мо… Юй?[27.1]

Чу Ваньнин привычно изобразил на лице выражение «не приближайся ко мне, чужак». Он быстро скрыл смятение и панику в глазах за длинными ресницами и напустил на себя обычную высокомерную отчужденность.

— Ты…

Он уже собирался открыть рот и отчитать не знающего приличий ребенка, как его вдруг схватили за руку.

Чу Ваньнин был ошеломлен.

За всю его жизнь никто и никогда не осмеливался так небрежно хватать его за запястье. Потемнев лицом, он застыл на месте, не зная, как на такое реагировать.