Хранительница его сокровищ

Солдаты, перешёптываясь, полезли по другим лодкам под любопытствующими взглядами прихожан.

— Завтра на всех углах будут болтать, как болван Пандольфо ломился в храм посреди службы. Молва сделает его святотатцем ещё прежде, чем это дойдёт до его милости Великого Герцога Гульэльмо, — рассмеялся Сокол.

— Пусть так, но что делать вот с ним? — Лис кивнул на лежащего Пандольфо.

— А что с ним? Нечего ему было меня узнавать. Сделал бы вид, что мы незнакомы, и отправился бы сейчас восвояси.

— И донёс бы, что видел тебя живым и здоровым, — Лис злился. — А теперь его строевые олухи расскажут, что видели тебя!

— Ну, положим, они решили, что видели не меня, а мой призрак, — Сокол смеялся.

— Это они решили, что видели призрак. А господин Великий Герцог совершенно точно знает, что призраком тебе быть пока не с чего, и ты, живой и даже частично здоровый, должен гнить потихоньку в нашем подземелье!

— Гнить в подземелье, говоришь, — задумался Сокол.

Додумать не дали — от «маговского» крыла здания к ним бежал ещё один орденский маг, его Лизавета знала только по имени — господин Джиакомо.

— Господин Астальдо, господин Астальдо! Вас ищет господин Карло Рецци!

— И что от меня понадобилось господину придворному магу? — продолжал хмуриться Лис.

— Если б я знал! Он не говорит! Но просил связаться с ним, уже дважды.

— Только ещё не хватало проблем с этой стороны, — Лис достал из спрятанного в складках мантии кармана маленькое зеркальце, подышал на него, что-то порисовал пальцем… и оттуда послышался голос.

— Астальдо, наконец-то! — прокряхтело из зеркала. — Что там у вас творится?

— Доброго вам вечера, господин Карло. Приходил Пандольфо, качал права. Ушёл восвояси.

— Что там за история с какой-то нищей грязнулей? Почему его милость Пьетро решил, что она где-то у вас?

— Господин Карло, подумайте — зачем мне, зачем всем нам какая-то нищая грязнуля? Откуда ей тут взяться?

— Ну как же, у неё же, говорят, сестрица у вас! Не то на службе, не то на обучении!

Астальдо картинно вздохнул, глянул в небеса, потом снова в зеркало.

— Дорогой господин Карло, вы думаете, я знаю родословную каждой низкородной служанки или ученицы? Зачем мне это? Мне важна лишь та ценность, которую представляет девица сама по себе.

— Охотно верю, дорогой Астальдо, но боюсь, его милость Пьетро захочет поговорить с тобой сам. Пусть для тебя это не окажется сюрпризом, хорошо?

— Спасибо, что предупредили, господин Карло, — коротко кивнул Лис и убрал зеркало. — Ну что, допрыгались? — он обвёл тяжёлым взглядом Сокола, Лизавету и тело на траве.